«Великолепную команду собрали на деньги, которых, по сути, не было». Детальная история «Пармы» девяностых

Денис Романцов

После войны Эрнесто Черезини занимался строительным бизнесом, растил с женой трех детей и был равнодушен к футболу. Но жена умерла, и интерес к жизни пропал: «Я ложился субботним вечером, спал всё воскресенье, а в понедельник шел в офис или на стройку. Дальше так продолжаться не могло. Нужно было отвлечься, и в 1976-м я согласился заняться «Пармой», — говорил Эрнесто знакомому журналисту Альдо Курти.

Эрнесто Черезини

В 1984-м Черезини перенес в Катанье сердечный приступ, но отказался от пересадки и, покинув больницу, снова стал посещать все матчи «Пармы» — своей новой любви. За семь лет до его прихода клуб обанкротился, но с ним преобразился. Нанятый Черезини спортивный директор Риккардо Сольяно в середине 80-х перехватил у «Анконы» молодого тренера Арриго Сакки, а тот вернул «Парму» во вторую лигу, где раньше никак не удавалось закрепиться.

Алессандро Мелли и Арриго Сакки

Тогда же клуб получил новую форму (желто-синюю вместо белой с черным крестом) и поддержку «Пармалата», чей владелец Калисто Танци купил 25% акций «Пармы». Но до дебюта в серии А было еще далеко: «Клуб не имел базы, и тренировались мы в центре города — на плохих полях с неухоженной травой, — жаловался Арриго в своей книге «Тотальный футбол». — Любой желающий, мчавшийся мимо на велосипеде, мог остановиться и посмотреть нашу тренировку».

«Ты же угробишь их!» — кричали болельщики, глядя, как тренер гоняет игроков. Зря волновались. Сакки довел комбинации до автоматизма и дважды обыграл в Кубке «Милан», куда вскоре ушел. Без него «Парма» забуксовала, и Черезини взял нового директора — Джамбаттисту Пасторелло. Руководя прежде «Падовой», тот купил 14-летнего Дель Пьеро, а «Парму» усилил тренером «Реджины» Невио Скалой, бравшим в составе «Милана» Кубок чемпионов-68/69.

Невио Скала

Начинающему тренеру досталась неопытная команда. Средний возраст — двадцать три года. Но молодежь азартно приняла новаторские упражнения фитнес-тренера Ивана Карминати, приведенного Скалой, и умеренно-революционную схему — с тремя центральными защитниками и двумя маневренными форвардами. В обороне полнее раскрылись Луиджи Аполлони и Лоренцо Минотти, который прибыл в «Парму» прямо из казармы и дослужился в клубе до капитана, а в атаке засиял местный воспитанник Алессандро Мелли, затмивший более звездного Маурицио Ганца.

«Парма» впервые в истории проникла в серию А, и портрет Скалы поместили на статуе Гарибальди — напротив Губернаторского дворца. Черезини ждал этого праздника почти пятнадцать лет.

Но не дожил до него трех месяцев.

Молочный коктейль Калисто Танци

Контрольным пакетом акций клуба завладел все тот же Калисто Танци, болевший за «Торино». Он назначил новым президентом своего школьного друга, бывшего теннисиста Джорджо Педранески. А также затеял реконструкцию стадиона «Тардини» и вложил пять миллионов долларов в усиление состава.

Калисто Танци

Партнером Аполлони с Минотти, которых наотрез отказались продавать «Сампдории», спортивный директор Пасторелло видел киевлянина Олега Кузнецова, но после мучительных переговоров отверг и его, и слишком дорогого немца Гвидо Бухвальда. А выбрал — 29-летнего Жоржа Грюна из «Андерлехта», который на излете девяностых признал:

Жорж Грюн

«Летние тренировки в Италии настолько интенсивны, что новичкам сложно их выдерживать. И некоторые принимали помощь врачей. Нам предлагали таблетки и уколы, но мы могли отказаться, что я и делал. Я и так хорошо себя чувствовал и сомневался в пользе препаратов», — заявил Грюн бельгийской газете Le Soir.

Зато несомненна польза других новичков. Томас Бролин из «Норрчепинга» слился в атакующем дуэте с таким же молодым Мелли (забили две трети мячей «Пармы» в сезоне-1990/91) и очаровал болельщиков своей доступностью. «Его видели в кафе на улице Республики или в очереди за пиццей, — рассказал мне спортивный журналист Ремо Гандольфи, автор блога Il Nostro Calcio. — Всегда улыбчивый, в простенькой одежде. А в игре менялся — бился, носился, цеплялся.

Я удивился, что игрок-открытие ЧМ-1990, которого звали в Англию, Германию и Испанию, выбрал маленький провинциальный клуб без традиций и тренировочной базы. Каждое утро автобус отвозил игроков на какое-то свободное поле в Парме или окрестностях, и это могло потрясти звездных иностранцев. Но Грюн, Бролин и Таффарел не ворчали».

Грюн, Таффарел и Бролин

Бразильский вратарь Таффарел интересовал и «Реал». Но мадридцев также спонсировал «Пармалат», что помогло Пасторелло заманить Клаудио — набожного парня, который годы спустя, оставшись в Италии без клуба, играл в нападении церковной команды Сан-Просперо, а также усыновил несколько детей и отказал «Эмполи», сочтя поломку машины по пути на тренировку сигналом свыше.

Клауио Таффарел. Фото: Allsport UK /Allsport

«Таффарел потрясал скромностью и отзывчивостью, — сказал мне Ремо Гандольфи. — Вот пример — летом он участвовал в волейбольных турнирах в пригородах Пармы, потому что обожал эту игру».

Тратить на вратаря одну из трех легионерских вакансий считалось в Италии безумием, но покупка Таффарела (а ранее — контракт с автогонщиком Нельсоном Пике) требовалась «Пармалату» для выхода на бразильский рынок. Помощник Скалы Винченцо Ди Пальма быстро адаптировал Клаудио к серии А, и в первом сезоне тот выдал девятнадцать игр на ноль.

Одна из них — домашняя победа над «Кальяри» (2:0) — подняла «Парму» аж на четвертое место, и Невио, пресекая головокружение от успехов, прочел игрокам стихотворение Редьярда Киплинга:

«О, если ты спокоен, не растерян, когда теряют головы вокруг. И если ты себе остался верен, когда в тебя не верит лучший друг. И если ждать умеешь без волненья, не станешь ложью отвечать на ложь. Не будешь злобен, став для всех мишенью, но и святым себя не назовешь. И если ты своей владеешь страстью, а не тобою властвует она, то будешь тверд в удаче и в несчастье, которым в сущности цена одна».

Благородная ложь Антонио Бенарриво

После сенсационного шестого места Педранески с Пасторелло компенсировали затраты на Грюна с Бролином продажей «Милану» левого защитника Энцо Гамбаро. И не пустили туда же главного бомбардира Мелли, за которого Сильвио Берлускони сулил пять миллионов долларов и форварда Симоне.

Альберто Ди Кьяра (справа)

Усиливая левый фланг, Пасторелло увел у «Фиорентины» опытного Альберто Ди Кьяру. Нагрянул к нему домой и подписал контракт, воспользовавшись отъездом в Штаты босса тосканского клуба Витторио Чекки Гори. Другого крайнего защитника — Антонио Бенарриво — Пасторелло давно присмотрел в «Падове» и договорился о трансфере еще в марте 1991-го.

Антонио Бенарриво

«Вспомнив крупную победу над «Бриндизи», первым клубом Бенарриво, Скала приветствовал новичка шуткой: «Зачем мне игрок, которого я обыграл 7:0?» Вскоре тренер убедился, что Бенарриво с Ди Кьярой — именно те, кого не хватало «Парме» для превращения в топ-клуб», — подчеркнули журналисты Маттиа Фонтана и Гульельмо Трупо в книге «Парма» Скалы. Путь к мечте».

О своем превращении в правого защитника Бенарриво рассказал журналисту Agenda Brindisi Серджо Пицци: «Я был дублером Ди Кьяры на левом фланге и чувствовал, что не вытесню его из состава. Тогда я сказал Скале: «В «Бриндизи» и «Падове» я иногда выходил справа и привык к этой позиции. Это была ложь. Ложь ради благой цели».

А вот президент Педранески не лгал, говоря в предсезонном интервью, что «Парма» планирует бороться за чемпионство. Вратарь «Юве» Таккони съязвил («Раз они планируют, то и мы попробуем»), а болельщики еще сильнее воодушевились и выкупили на крохотном стадионе «Тардини» шестнадцать тысяч абонементов — в восемь раз больше, чем два года назад. Сакки же, возглавив сборную, первым делом посетил тренировку «Пармы» в парке Читтаделла: «Я учусь у Скалы!» — объяснил Арриго (позже, кстати, уже Скала признался, что постигал нюансы прессинга, наблюдая за «Римини» Сакки в сезоне-82/83).

Чемпионством, правда, и не пахло. «Парма» увлеклась ничьими (восемь — в одиннадцати первых турах), да еще и споткнулась о софийский ЦСКА в первом раунде Кубка УЕФА. К тому же Мелли, оттененный одолженным у «Милана» Агостини, почти перестал забивать и поссорился со Скалой.

А потом — проигрыш «Ювентусу» в первой серии финала Кубка Италии. «После 0:1 в Турине никто не ставил на «Парму», — сказал мне журналист Ремо Гандольфи. — Но ее болельщики верили, что дома команда Скалы сдержит Баджо, Казираги и Скиллачи, найдя прорехи в защите «Юве». Так и вышло».

Перед домашней игрой с «Юве» левый защитник Ди Кьяра улетел на вертолете Танци к жене, родившей дочь Аллегру, и вернулся к началу матча. В конце первого тайма бывший лучший, но опальный стрелок Мелли опередил у ворот «Юве» Массимо Карреру и открыл счет, а после перерыва ассистировал атакующему хавбеку Марко Озио по кличке Мэр.

Прозвище приклеилось из-за лидерского характера Марко — на волне недовольства фанатов градоначальницей Пармы, социалисткой Марой Коллой, затягивавшей реконструкцию стадиона. Тот же Озио — после 2:0 с «Юве» — устроил команде победную вечеринку в ресторане La Raquette, а потом Калисто Танци вручил каждому игроку копию трофея — первого в истории «Пармы».

«Лидером команды на поле в тот вечер был Бролин, — продолжает Гандольфи. — Его непрерывные передвижения загнали «Юве» в тупик. А в раздевалке лидером был опорник Стефано Куоги, помогавший потом Скале в «Шахтере» и «Спартаке». Наверно, наименее талантливый игрок той «Пармы», он в то же время обладал сильным характером и растормошил молодого Мелли, которому иногда требовался пинок под зад».

Верность Лоренцо Минотти

Капитана «Пармы» Лоренцо Минотти летом 1992-го соблазняли «Лацио», «Юве» и «Интер». Президент миланцев Эрнесто Пеллегрини грозился заплатить рекордные пятнадцать миллионов долларов, а заодно сманить Скалу с Пасторелло. Но вмешался Калисто Танци.

Минотти и Марадона

Патрон «Пармы» уговорил Минотти остаться: «Ты нужен нам. Как пример для остальных игроков». Журналист Эмилио Маррезе писал в La Repubblica: «Лоренцо — супермен, которому любой тренер доверил бы защиту. А может, даже и дочь. Еще он много забивал, вел колонку в Gazzetta di Parma, увлекал партнеров благотворительностью и стал первым в итальянском футболе донором костного мозга».

Минотти мало играл за сборную, зато был дико востребован в фэнтези-футболе, где особенно ценны защитники-снайперы. Лоренцо забил первый мяч «Пармы» в сезоне-92/93, обеспечив кубковую победу над «Лечче», а потом выручил посреди чемпионата. С его январского гола в ворота «Дженоа» начался подъем «Пармы» с десятого места.

Команда пала так низко из-за проблем в атаке. Летом Пасторелло перехватил у «Фиорентины» колумбийского форварда Фаустино Асприлью, но тот пропустил предсезонку из-за Олимпиады и играл по меркам Скалы слишком своевольно. К тому же мало забивал и провоцировал ворчание Мелли, снова уязвленного ролью резервиста.

Фанаты даже вывесили баннер с требованием вернуть Массимо Барбути — бомбардира «Пармы» начала восьмидесятых, завершившего карьеру в 1992-м. Оценив народный юмор, Пасторелло вложился в молодого форварда «Наполи» Марко Ферранте, но тот не забивал вовсе.

Навредила команде и потеря Бенарриво. Он выбыл из-за растяжения на полторы недели, но позже срок восстановления увеличился всемеро.

«Это породило слухи о его непрофессиональном поведении за пределами поля, — писали Фонтана с Труппо в книге «Парма» Скалы. Путь к мечте». — Правда вскрылась годы спустя. Прибыв с обследования на командный обед в отеле «Вилла Дукале», Бенарриво садился за стол, и тогда Дь Кьяре пришла гениальная идея: вытащить из-под Антонио стул. Тот упал и закричал от боли».

Спустя семь месяцев Антонио кричал от счастья, празднуя с командой выход в финал Кубка Кубков. С наступлением 1993-го не только вернулся основной правый защитник, но и сработались Мелли с Асприльей. В марте–апреле Фаустино шесть раз исполнил сальто после своих голов (его неизменное отмечание с девятнадцати лет), добыв победы, в частности, над «Миланом» и «Атлетико» со «Спартой».

В мадридском полуфинале «Парме» не удался первый тайм — уступали 0:1. После крика Скалы в перерыве («Мы что, церковно-приходская команда? Что за трусливый футбол?!») Асприлья забил два мяча, но ответную игру пропустил: улетел в Колумбию к смертельно больной маме Марселине, сильно порезал ногу, разбив дверь врезавшегося в его машину автобуса, и очутился в коляске. Хирург Эрнандо Герреро ошарашил: «На восстановление потребуется месяц».

Похоронив мать, Асприлья прилетел в Италию на самолете Танци за несколько дней до финала Кубка Кубков на «Уэмбли». Он хромал при беге, не попал в состав и ворчал после победы 3:1 над «Антверпеном»: «Скала показывал, что обойдется без меня, и даже не говорил со мной перед матчем».

Напарник Асприльи Мелли, вышедший в атаке с Бролином, перед вылетом в Лондон посетил могилу экс-президента Черезини, уговорившего Скалу дать Алессандро шанс, и забил в Лондоне победный мяч. А открыл счет — изящным ударом с левой — капитан Минотти.

Лоренцо мог стать самым дорогим защитником мира, но остался в «Парме», с которой за два года прошел от серии В до завоевания Кубка Кубков.

Рок-н-ролл для Джанфранко Дзолы

К евротрофею добавилось третье место в серии А, но аппетиты Танци росли. Он купил компанию по производству масла Giglio, содержавшую «Реджану», и исторический соперник «Пармы» стал, по сути, ее фарм-клубом. Вернув оттуда вратаря Луку Буччи, «Парма» отправила взамен Таффарела, который уже не вписывался в легионерскую тройку и в предыдущем сезоне уступил вратарскую позицию Марко Баллотте.

Марко Баллотта

С появлением Буччи уже Баллотта увяз в запасе и выпалил после победы над «Дегерфорсом» в новом Кубке Кубков: «Почему меня задвинули? Я выиграл с «Пармой» два титула, а Лука в это время вылетал в третью лигу с «Казертаной» (пристанище Буччи до «Реджаны»).

Если бы взяли Пальюку или Дзенгу, я бы понял, но эта ситуация парадоксальна. По-моему, Скала делает не спортивный выбор, а выполняет приказ руководства. Я хотел уйти, но «Парма» отвадила «Фиорентину», запросив абсурдные деньги. Надеюсь, меня продадут».

Лука Буччи

Помирившись с тренером, Баллотта помог «Парме» выиграть европейский Суперкубок, но в чемпионате оставался запасным и летом 1994-го, когда Буччи был на чемпионате мира, ушел в «Брешию». Лука быстрее адаптировался к новому правилу, запрещавшему вратарям брать в руки от своих, — «Парма» стала меньше пропускать и в ноябре 1993-го поднялась на первое место в серии А.

Скала все равно считал разговоры о чемпионстве преждевременными, а Танци лишь о нем и мечтал. Отправив на пенсию Куоги, «Парма» искала полузащитника с чемпионским характером. С «Миланом» по Донадони не договорились, зато купили у беднеющего «Наполи» опорника Массимо Криппу, а потом и Джанфранко Дзолу.

Джанфранко Дзола

Новичков помощник Скалы Карминати мигом взбодрил жесткой предсезонкой под рок-музыку. «Она придает тренировкам ритм, — объяснил фитнес-тренер, — а если еще и подпевать — легче переносятся нагрузки».

Дзолу призвали насытить атаку креативом после ухода Озио, автора двух голевых пасов в финале Кубка Кубков. Но Джанфранко, как и ранее Асприлья, полгода осваивался в схемах Скалы, чем злил болельщиков и Мелли, опять отброшенного в резерв.

«Раньше была маленькая «Парма» — моя, Куоги и Озио. А теперь «Парма» большая, и мне нет места в составе, — бурчал Алессандро в интервью Gazzetta di Parma. — Я рад нашему лидерству, но не чувствую в этом своей заслуги».

К недовольству запасных добавились новые проблемы. Бельгийский защитник Грюн порвал связки колена и выбыл на полгода, а Асприлья на два месяца забыл про голы и влип в историю.

«Вы встречались только пару раз, но он постоянно звонит мне, — жаловалась порноактриса Петра Шарбах, познакомившаяся с Асприльей в любимом ресторане игроков «Пармы» Osteria del Tribunale. — Теперь подключились и другие футболисты: просят устроить им приватное шоу. Я хочу донести до Скалы с Танци: это не я виновата в том, что Тино не забивает».

Без Грюна и голов Асприльи «Парма» отлетела на четвертое место, но покупка защитника «Удинезе» Сенсини и дубль Мелли (после очередного примирения со Скалой) привели к яркой победе над «Кальяри» и возвращению в чемпионскую гонку.

Дзола же скинул с себя психологический груз самого дорого игрока в истории «Пармы» и в январе–марте 1994-го забил одиннадцать мячей. В том числе «Бенфике» на пути к копенгагенскому финалу Кубка Кубков. Его «Парма» проиграла «Арсеналу», а ранее смазала финиш чемпионата, став лишь пятой. Когда отшумел последний тур, капитан Минотти подошел к трибуне и протянул фанатам майку.

Ее никто не взял.

После матча с «Арсеналом» Минотти зашел в автобус и увидел улыбки на лицах некоторых игроков. «Тогда я понял, почему мы проиграли», — сказал Лоренцо в книге «Парма» Скалы. Путь к мечте».

«Старой «Пармы» больше нет, — признал после проигрыша в Дании ветеран Даниэле Дзоратто, просидевший финал в запасе. — Раньше мы бы не уступили англичанам в тактике и физике. Мы осознавали пределы своих возможностей, но были дружны и землю грызли ради побед. Все игроки защищались и атаковали, а сейчас сплоченности нет. Есть принцип: бей вперед — Дзола с Асприльей что-то придумают. Теперь надеются только на них, а раньше мы надеялись друг на друга».

Уют Дино Баджо

Выслав Дзоратто в Падую, «Парма» воспользовалась сменой руководства «Юве» и взяла оттуда более высокого и мощного центрального хавбека Дино Баджо (его однофамилец Роберто из-за этого трансфера проспорил Бенарриво часы Rolex Daytona). Скала ждал Дино два года, а тот так долго отнекивался, что был освистан на матче сборной, прошедшем в Парме. Но, заиграв на «Тардини» регулярно, Баджо очаровал болельщиков — в дебютном сезоне стал третьим снайпером команды после форвардов Дзолы с Бранкой, забив даже больше Асприльи, своего нового друга.

Дино Баджо

С ним и Криппой Баджо часто ужинал в Osteria del Tribunale. В автобиографии Дино написал: «В одной из игр сезона-94/95 Асприлья остался в запасе, но в перерыве Скала велел разминаться: «Разогрейся, как настоящий лев!» Асприлья разминался до конца игры, выдохся, но Скала его так и не выпустил. «Я разогрелся, как вы просили, чувствую себя настоящим львом. Почему не выпускаете?» — «А кто тебе сказал, что львы играют в футбол?», — удивился Скала.

Еще Тино опаздывал на тренировки, и Минотти регулярно вносил его в ведомость штрафников. Однажды Лоренцо отвернулся, а Тино выхватил листок со штрафами, засунул в рот и проглотил».

А вот директор «Юве» Моджи, проглотив потерю Дино, дважды отомстил «Парме» на трансферном рынке. Лучано перехватил защитника «Наполи» Феррару, вместо которого Скала получил португальца Коуту, а потом добился запрета на выступления в серии А Фигу, подмахнувшего контракт и с «Пармой», и с «Юве». Джамбаттиста Пасторелло до сих пор уверен, что для чемпионства-94/95 «Парме» не хватило именно Луиша.

Команда Скалы почти два месяца лидировала в серии А, но пропустила вперед «Юве» еще и из-за лавины травм. Самую серьезную в ноябрьском матче за сборную получил плеймейкер Бролин. Шокированный видом сломанной левой лодыжки, Томас боялся, что карьере конец, но вернулся через полгода. В конце домашнего матча с «Интером» — при счете 3:0 — Дзола сам попросил Скалу выпустить вместо него выздоровевшего Бролина.

Вскоре два гола Баджо «Ювентусу» принесли «Парме» Кубок УЕФА. Поднимая трофей, Дино заметил на пустеющих трибунах «Сан-Сиро» баннер со своим фото: его знакомые Мария и Джанни, владельцы продуктового магазина в Парме, специально приехали в Милан поддержать человека, за полгода ставшего их близким другом. В Парме Баджо жилось так же уютно, как в родном городке Томболо. Он катался на велосипеде, болтал по утрам с продавцам, никуда не спешил и всюду успевал, а омрачался покой только ночными вторжениями Асприльи со взводом новых подруг.

Добычу второго еврокубка тоже отметили скромно — съели по пицце в ресторане защитника Бенарриво Al Veliero. Не кутили по двум причинам. Кубок УЕФА котировался не очень высоко, и даже в Парме приходилось снижать цены на билеты, чтобы затащить болельщиков на матчи с командами вроде «Оденсе» или «Витесса». К тому же через несколько дней предстоял новый матч с «Юве», в серии А.

Проиграв его, «Парма» официально упустила чемпионство.

Калисто Танци. Фото: Gianni GIANSANTI/Gamma-Rapho via Getty Images

Тогда одержимый первым местом Калисто Танци устроил охоту на суперзвезд. Сначала мазал: Роберто Баджо выбрал «Милан», а Беппе Синьори не отпустили фанаты «Лацио». Но владелец «Пармалата» не сдался и купил двух обладателей Золотого мяча — действующего (Стоичкова) и будущего (Каннаваро).

Фабио Каннаваро с братом Паоло

Фабио взял в «Парме» № 17 — по дате рождения его жены Даниэллы. Он тогда и за сборную-то не играл (до дебюта оставалось полтора года), но за него пришлось отдать «Наполи» аргентинца Роберто Айялу, купленного в «Ривер Плейте», но не вписавшегося в лимит на иностранцев.

Стоичков же обеспечил продажу двух тысяч абонементов за сутки и четыре гола в пяти стартовых турах. Также он поддерживал на тренировках молодых Буффона с Индзаги, но плохо сочетался с Дзолой, искажал игровой баланс и после травмы улетел в Барселону.

«Через месяц я вернулся здоровым, но ощутил нездоровую обстановку, — вспоминал Стоичков в автобиографии. — Кто-то сболтнул, что я зарабатываю в два раза больше других звезд команды. Наверно, Дзола обиделся. Но мне приятно, что Буффон и спустя двадцать лет помнит, как я умолял Скалу поставить его в ворота».

Танцы Джиджи Буффона

Так-то дублером Буччи был Джованни Галли, но Скала вопреки обещанию не поставил его на кубковые матчи, и экс-вратарь «Наполи» вспылил, свинтив в «Луккезе». К ноябрю 1995-го «Парма» шла второй и перед игрой с лидирующим «Миланом» потеряла из-за травм двух вратарей — Буччи с Нистой. Оставался 17-летний Джиджи.

С четырнадцати он курил, прогуливал школу, купил диплом бухгалтера для поступления на юрфак, мотался на дискотеки, а на первом сборе с «Пармой» — в шестнадцать лет! — грубил ветеранам в ответ на дедовщину и тыкал сыну владельца — Стефано Танци. Джиджи получил столько штрафов, что до конца сезона-94/95 сидел без зарплаты.

В ноябре 1995-го — после посиделки с друзьями — он на глазах у полицейских пописал на чужую машину и наутро услышал от директора Пасторелло: «На тебя жалоба. Непристойное поведение в общественном месте и сопротивление при аресте. Чеши в полицию и извиняйся».

Через шесть дней Буффон дебютировал в серии А. И отыграл на ноль. О том, что с «Миланом» доведется выйти в стартовом составе, он узнал в день матча: «Я боялся лишить его сна», — объяснил Скала. «На месте тренера я бы не осмелился выпустит вратаря, которому нет и восемнадцати, — говорил сам Джиджи в послематчевом интервью. — Я сделал вид, что выхожу за молодежку, так что не особо нервничал, но лучше бы Скала предупредил меня пораньше».

Спустя полтора месяца — с возвращением Буччи — Джиджи не попадал даже в запас и вернулся к дискотекам. «Там один чувак поднес к моим губам таблетку, — вспоминал Буффон в своей книге «Номер один». — Я выхватил ее и бросил ему в лицо. Через три года тот парень умер от передозировки».

Летом 1996-го Джиджи попросил Стефано Танци отпустить его в «Дженоа» — клуб, за который он болел по примеру маминого брата. Сын владельца со скрипом согласился, но вернувшийся в «Парму» спортивный директор Рикки Сольяно уговорил Джиджи остаться.

К тому моменту клуб продал сникшего после травмы Бролина «Лидсу», а увязшего в скандалах Асприлью — «Ньюкаслу». Перед уходом Тино получил в Колумбии условный срок за ношение незарегистрированного оружия, а, прилетев в Боготу оформлять развод, ввязался в уличную драку. На медосмотре «Ньюкасл» нашел у него проблемы с коленом, но Пасторелло все равно сбагрил Асприлью, пригрозив англичанам судом. А вскоре покинул «Парму» — как и президент Педранески со Скалой.

Удрученный третьим местом после первого круга, Танци подписал предварительный контракт с Фабио Капелло, который как раз и требовал избавиться от Асприльи. После февральской победы над «Падовой» Скала признался журналистам: «Сегодня юрист «Пармалата» Клаудио Андзалоне, улетающий на Мальдивы, поблагодарил меня за все, что я сделал для «Пармы». Есть два варианта: либо он уходит в отпуск до 1998-го, когда у меня кончается контракт, либо он знает, что меня скоро уволят».

Месяцем ранее болельщики «Пармы» закидали автобус команды снежками после 2:2 с аутсайдером «Торино». «В команде апатичная обстановка, — приводят слова Минотти авторы книги «Парма» Скалы. Путь к мечте». — Некоторые люди даже не радовались победе в Кубке УЕФА. Некоторым и чемпионство не нужно. Отношения внутри клуба испортились, и это влияет на нашу игру».

На последнем домашнем матче — с тем же «Торино» — болельщики посвятили Скале баннер: «Семь лет триумфов и лишь девяносто минут, чтобы сказать спасибо». Невио растрогался и прослезился после победного гола Дзолы.

Спасение Карло Анчелотти

«Вместо Скалы ожидался Капелло, но, по словам его помощника Винченцо Пинколини, испугался перспективы работать в городском парке на глазах у зевак, — вспоминал пресс-атташе «Пармы» Джорджо Гандольфи на сайте Storie di Calcio. — Но была и другая причина отказа Фабио: ему обещали Ривалдо, Кафу и Роберто Карлоса — трех звезд «Палмейраса», также опекаемого «Пармалатом». Годы спустя друг спортивного директора объяснил мне: если бы бразильцы перешли в «Парму», компания Танци ничего бы не заработала. Продав же их другим клубам, «Пармалат» получил большие деньги. Видимо, без этих троих Капелло не верил в успех «Пармы».

Джорджо Гандольфи убежден, что «Парма» посыпалась именно в 1996-м, когда семья Танци стала напрямую управлять клубом. Весной дочь Калисто Франческа наорала на секретаря клуба Ренцо Онгаро за то, что ее дяде Джанни, отвечавшему в семье за «Реджану», не достался билет в вип-ложу на матче с «ПСЖ». Позже президент Педранески улетел в Аргентину подписывать Эрнана Креспо, а после возвращения узнал, что заменен сыном Калисто Стефано.

Эрнан Креспо

Новым тренером после демарша Капелло стал Карло Анчелотти из «Реджаны». Как раз из-за недоверия Фабио в «Милане» он завершил карьеру, а потом помогал Сакки в сборной и лишь год работал главным — и то в серии В. Логично, что срыв трансферов каких-то там бразильцев совсем его не смутил. Анчелотти признался своему биографу Алессандро Альчато, что в 1996-м не знал ни Кафу, ни Креспо, ни Тюрама, ни Ривалдо, которого он легко заменил хавбеком «Реджаны» Пьетро Страдой, ни Верона, которого «Парма» вроде как подписала, а потом уступила «Сампдории» в обмен на форварда Энрико Кьезу.

Смутно Карло представлял и возможности Каннаваро. И сперва ставил его на левый фланг защиты. Дзолу он вообще не мог встроить в схему 4-4-2 и склонил к уходу в «Челси» (о чем потом жалел). Зато по работе в сборной Анчелотти отлично знал Дино Баджо, манимого «Миланом». В отпуске Карло — со своими помощниками и их женами — нагрянул к Дино в его родной городок и отговорил от ухода, а тот забил с паса Кьезы первый мяч «Пармы» в сезоне-96/97.

«Мы тренировались уже не в парке, а рядом с городской тюрьмой, — отмечало Баджо в автобиографии. — Это не мешало нам сплотиться вокруг нового тренера, но результаты были так себе». К концу 1996-го «Парма» шла пятой с конца, и на рождественском ужине у Калисто Танци Анчелотти услышал: «Если не обыграешь «Милан» — уволим». Собрав игроков, Карло сказал: «Если у вас есть претензии ко мне — выскажитесь откровенно. Бессмысленно ждать моего увольнения. Я сам попрошу Танци об отставке, если пойму, что вы против меня».

Высказался только Мелли: «Надеюсь, вас уволят. Тогда я наконец-то буду играть».

Накануне игры на «Сан-Сиро» с командой Сакки Анчелотти выпил с помощниками шампанского в отеле Doria — предвкушал увольнение. Но «Милан» тоже был в кризисе. Только что купленный в «Брюгге» хавбек Марио Станич замкнул перед перерывом подачу правого защитника Зе Марии, и этого хватило для победы «Пармы».

Через два с половиной месяца команда Анчелотти запрыгнула на второе место.

«Станич обожал ставки и часто был нашей мишенью, — вспоминал Бенарриво в интервью изданию Il Posticipo. — Однажды после обеда, когда все налопались, я сказал Марио, что съем вторую порцию пасты. Каннаваро раззадорил его, и Станич поставил огромную сумму на то, что еще одна тарелка в меня не поместится. Он плохо меня знал. И проиграл».

«Парма» же проиграла «Ювентусу» борьбу за чемпионство. «Мы вели в матче с «Юве» 1:0, но Коллина поставил позорный пенальти — за то, что Вьери упал после борьбы с Каннаваро, — заявил Анчелотти в автобиографии. — Я крикнул судье: «Молодец!» и нарвался на удаление. «Я прочел по губам оскорбление», — объяснил Коллина. — «Ошибаешься. Я лишь подумал, что ты кретин».

«Да, спорный пенальти, — согласился Буффон в книге «Номер один». — Но я все равно запомню сезон-96/97. Он научил меня важности командного духа. У нас была не только мощная основа, но и прекрасная скамейка — с моим другом Симоне Бароне и легендарным шведом Бролином, который вернулся из Лидса потяжелевшим на двенадцать килограмм (Томас бросил футбол в двадцать девять и стал торговать пылесосами).

Это было чудесное время».

Интроверт Энрико Кьеза

Пришедший после того сезона из «Вероны» форвард Маньеро отметил вклад Анчелотти в формирование командного духа: «Карло выстроил искренние отношения и с основными игроками, и с запасными, — писал Пиппо в автобиографии. — Я не пожалел, что пошел в «Парму» дублером Кьезы с Креспо, потому что и в этом статусе забил четыре мяча в десяти матчах и получил приглашение в «Милан».

Пиппо Маньеро

В «Парме» Маньеро проводил свободное время со своим земляком и партнером по молодежной сборной Дино Баджо: «После победы над «Видзевом» в квалификации Лиги чемпионов Пиппо повез меня в Падову, — вспоминал Дино в книге о Маньеро. — На заправке я попросился за руль и разогнался до двухсот километров. Сзади замигали фары, и я решил, что кто-то вздумал нас обогнать. Оказалось, это была дорожная полиция. Нас отвезли в участок, жестко отругали, но отпустили в обмен на майки «Пармы». Правда, назавтра наше задержание попало в новости».

Дальше: дебют в группе Лиги чемпионов и возвращение на стадион «Тардини» Невио Скалы — в роли тренера «Боруссии». Победу «Парме» добыл форвард, который без доверия Анчелотти мог и не раскрыться в Европе. «До гола «Боруссии» Креспо постоянно освистывали. Он не нравился болельщикам, — признал Карло в автобиографии. — По ходу матча от меня требовали заменить его, но я послал всех к черту, и Эрнан забил. После матча я сказал репортерам: «Никогда не заменю игрока, которого освистывают».

Не прислушался Анчелотти и к руководству, летом 1997-го согласовавшему контракт с Роберто Баджо. Тренер заблокировал трансфер, не желая подстраивать схему под суперзвезду, и не попал в плей-офф Лиги чемпионов, а в серии А ограничился шестым местом. После апрельского поражения от «Фиорентины» Стефано Танци счел футбол ее тренера Малезани более ярким и нанял Альберто вместо Карло.

Альберто Малезани

Малезани ужесточил дисциплину, запретил музыку в раздевалке, но в то же время, по словам Бенарриво, поставил атакующую игру, опередившую время. «В сегодняшних матчах я вижу комбинации и движения, которые он заставлял нас делать еще в конце девяностых», — сказал Антонио в интервью Il Posticipo в 2020 году. За одну майскую неделю 1999-го «Парма» выиграла Кубок УЕФА и Кубок Италии, но в том сезоне хватало и проблем.

В октябрьской игре с «Вислой» Дино Баджо разбили голову рукояткой ножа, брошенного с трибуны. А в апреле «Парма» выдала пять матчей без побед, и Стефано Танци сорвался: «Он с криком влетел в раздевалку: «Мы так на вас надеялись, а вы играете ужасно!» — вспоминал в своей книге «Сторона В» Хуан Себастьян Верон, в 1998-м все же пополнивший «Парму». — Потом Танци обратился ко мне: «Верон, что с тобой? Мы заплатили за тебя целое состояние. Но твоя игра — катастрофа».

Верон оскорбился: «Вам не стыдно выставлять меня крайним? Запомните, после этого сезона я уйду. И уйду победителем». Летом 1999-го Верон исполнил угрозу, не поддавшись на уговоры Креспо, и через год сделал чемпионом «Лацио», но прежде — отдал голевой пас Кьезе в игре с «Марселем» в «Лужниках».

Энрико стал главным героем того Кубка УЕФА. В год дебюта в серии А Кьеза пережил смерть отца и позже признался, что горе сделало его сильнее. Не отмеченный грацией мустанга, он во всех командах был в чьей-то тени, но, поработав с тренером Симони в «Кремонезе», стал более универсальным форвардом и заслужил комплимент лучшего бомбардира в истории сборной Италии Луиджи Ривы:

«Кьеза напоминает меня ловкостью и силой удара. Нравится, что он интроверт, как и я. Мало говорит, но ясно мыслит». В восьми матчах победного Кубка УЕФА Энрико забил восемь мячей.

Капельница для Фабио Каннаваро

А через шесть лет после московского финала канал Rai показал видео, снятое Каннаваро в 712-м номере московского отеля «Марриот» накануне игры с «Марселем». На видео ему что-то вводят через капельницу, а он шутит: «Смотрите, что с нами делают перед финалом. Это доказывает, какая мы отстойная команда. Знаете, сколько я получу, если продам эту кассету?» Выглядело противозаконно, но позже выяснилось, что защитнику вводили неотон — препарат, восстанавливающий мышцы и разрешенный антидопинговым комитетом. И все равно грянул скандал, ставший прелюдией антикоррупционного разбирательства Кальчополи.

К тому моменту Каннаваро, Буффон, Тюрам и Креспо давно покинули «Парму». Семья Танци экономила с 1996-го, когда закрыла клубный журнал и сократила расходы даже на командные обеды. В 2000-м чемпионский проект надломился. К концу 1999-го «Парма» лишь на два очка отставала от лидировавшего «Ювентуса», но в игре с ним получила пенальти в свои ворота и два удаления, чудом урвав в конце ничью.

«Ты свистишь только для них, но мы тоже на поле», — крикнул Баджо судье Фарине, а после своего удаления потер большим пальцем указательный, намекая на коррупцию. Дино уверен, что именно из-за того жеста был отлучен от сборной.

Буффон позже написал в автобиографии: «С 1998-го по 2001-й мы были сильнейшей командой, но выиграли меньше, чем заслуживали по подбору игроков и нашим усилиям. Если бы на нас были футболки «Юве», мы бы выиграли все на свете за один сезон».

Каннаваро, Тюрам, Верон и Богоссян

Сменив четырех тренеров за полтора года, «Парма» выиграла еще и Кубок Италии-01/02. В начале того сезона команду должен был снова возглавить Анчелотти. Он уже ехал в Парму, но позвонил вице-президент «Милана» Галлиани, который спешно уволил турка Терима, чтобы не упустить Карло.

Новый тренер Пранделли построил на «Тардини» еще одну симпатичную команду (с Муту, Адриано и Джилардино), но мечты о новых титулах рассеялись в 2003-м, когда вскрылось грандиозное мошенничество Калисто Танци, более десяти лет скрывавшего убытки и завышавшего прибыль. Узнав об этом, отношения с Калисто прервал даже сын Стефано — президент великой «Пармы»-1999, после краха семейной компании ставший простым менеджером на заводе по производству соевого молока.

«Тысячи сотрудников «Пармалата» по всему миру лишись средств к существованию, — писал обозреватель The Guardian Ники Бандини. — Футболисты и тренеры, выигравшие Кубок УЕФА-98/99, ни при чем, но их триумф неизбежно ассоциируется с тем, что такую великолепную команду собрали на деньги, которых, по сути, не было. Возможно, поэтому многие болельщики «Пармы» чаще вспоминают тех, кто играл раньше — Минотти, Мелли, Озио… И президента Черезини, чьи мечты исполнились слишком поздно».

В тридцатую годовщину смерти Эрнесто болельщики вывесили баннер «Черезини — наш вечный президент». А Арриго Сакки написал про него: «Он был из тех президентов, что могли разориться из любви к футболу: вложить в команду миллиарды лир, а вдобавок к редким победам получить долги, конфликты с болельщиками и полупустые трибуны. Эрнесто жил мечтой, во время матчей спускался к скамейке и всей душой переживал за команду. Футбол был смыслом его жизни». 

другие мои тексты об итальянском футболе

Денис Романцов
Денис Романцов

Журналист Sports.ru

Добавить комментарий

%d такие блоггеры, как: