«Роналдо не хотел менять клуб». Как политика и агенты погубили «Барсу» Бобби Робсона

Денис Романцов

Двадцать шестого мая 1997-го Роналдо прилетел на матч сборной Бразилии в Осло и сообщил в аэропорту репортерам: «Агенты следуют моим указаниям. Я поручил им сделать все, чтобы оставить меня в «Барселоне». Назавтра он заказал бутылку кавы и оросил испанских журналистов. Добавив:

«Я стал игроком года только благодаря «Барсе» — мои голы за ПСВ никто не замечал, — сказал Роналдо, узнав, что его новый контракт успешно согласован. — Милан — столица моды. «Интер» — тоже большой клуб. Но я так хотел остаться, что не мог принять аргументы агентов в пользу переезда в Италию. И настоял на том, чтобы они решили все вопросы с «Барсой».

Если моя зарплата вырастет, я буду забивать еще больше голов. Хочу побить рекорд чемпионата Испании. Я на все пойду ради «Барсы». Даже приму испанское гражданство. Это и мне удобно — не буду стоять в очереди в аэропорту».

Полтора месяца назад — в полуфинале Кубка Кубков — его сковали защитники «Фиорентины», и президент «Барсы» Нуньес обернул это в свою пользу: «А я предупреждал его: в Италии ему будет очень тяжело». La Gazzetta dello Sport выступила резче: «Роналдо был инертен, как нападающие пятидесятых».

С «Фиорентиной» справились и без голов Роналдо, но вылет на финал в Роттердам отложился на два часа из-за информации о бомбе в самолете. Когда команду позвали обратно, сопровождавшая Роналдо мать отказалась возвращаться. Из-за нее вылет задержали еще на двадцать минут.

Зато потом Роналдо забил «ПСЖ» победный мяч и принес «Барсе» первый европейский титул за пять лет.

«Давайте избавимся от него и сами будем все решать»

К середине девяностых в «Барсе» осталось лишь три участника победного финала Лиги чемпионов-1992 — Феррер, Гвардиола и Бакеро. Йохан Кройфф мастерил новую команду, и в сезоне-94/95 откатился на четвертое место. Тогда-то в его методах засомневались.

Списанный им Лаудруп поучаствовал в садистской победе «Реала» над «Барсой» (5:0). Казавшийся Йохану более современным вратарем, чем Субисаррета, Карлес Бускетс пугал ляпами. А одно из трех легионерских мест все чаще занимал сын тренера Жорди (рожденный в 1974-м раньше срока для того, чтобы Йохан не пропустил класико). 

В сезоне-95/96 отношения Кройффа и президента Нуньеса вконец испортились вконец. «Я вернулся в «Барсу» с условием, что буду контролировать команду без вмешательства президента, — говорил Йохан англо-испанскому журналисту Джимми Бернсу. — Под конец я потерял эту свободу. Нуньес все чаще заключал контракты, не советуясь со мной. А в команде росло подозрение, что тренер больше не контролирует ситуацию. 

Меня это удивило. Я-то думал, все идет по плану. Да, мы провели сезон без трофеев, но я чувствовал, что нахожусь в шаге от создания новой отличной команды. Я не ощущал усталости от «Барсы», но наверху решили: давайте избавимся от него и сами будем все решать».

Приехав 18 мая 1996-го на тренировку «Барсы», Кройфф узнал, что Нуньес и вице-президент Гаспар заключили накануне контракт с Бобби Робсоном. При встрече Кройфф не пожал Гаспару руку, обозвал иудой и обвинил в предательстве. «В ответ Жоан приказал Йохану выметаться и пригрозил вызвать полицию», — вспоминал второй тренер Чарли Решак. Он и провел ту тренировку. 

Пораженный этим Жорди отказался тренироваться, но по просьбе Йохана все же вышел на последний домашний матч сезона. Он помог «Барсе» одержать волевую победу над «Сельтой» и был заменен под аплодисменты, а потом прилетевший с Робсоном Моуринью настоял на том, чтобы сына Кройффа — потенциального смутьяна — продали «МЮ», и даже поучаствовал в переговорах с Фергюсоном.

Через полтора года Нуньес запретит Робсону лететь в служебную командировку в Париж бизнес-классом и исключит его из состава делегации «Барсы» на матч за Суперкубок УЕФА в Дортмунде. 

«Казалось, что я не смогу так жить»

Но это потом, а летом 1995-го Бобби, три года назад перенесший операцию по удалению опухоли толстой кишки, услышал от доктора Хью Дэвиса: «У вас меланома. Редкая форма рака. Без операции она распространится на глаза и мозг. И через полгода вас не станет. Нам придется вскрыть ваше лицо, вынуть зубы, пройти через нёбо и удалить меланому». 

На память об операции, длившейся девять часов, осталась дырка в нёбе. Бобби затыкал ее специальной резиновой пробкой, стоившей две тысячи фунтов. «Если она выскакивала, мои вставные челюсти сжимались, и я не мог говорить, — признался Робсон в автобиографии. — Поэтому я всегда носил запасную пробку. 

После каждого приема пищи эту затычку приходилось мыть горячей водой, а вставлять ее обратно было ужасно больно. Иногда я запирался в ванной и плакал. Мне казалось, что я не смогу так жить. К тому же из-за восьми сеансов радиотерапии мой язык распух, и я не мог нормально есть — только пил через трубочку». 

Это было в августе. А в конце октября Робсон вернулся на тренерскую скамейку и потом выиграл с «Порту» чемпионат. Тогда его и позвал Гаспар — они познакомились еще в начале восьмидесятых, а потом общались насчет Фигу, игравшего у Бобби в «Спортинге». 

Годом ранее президент «Порту» Пинту да Кошта не отпустил Робсона в «Арсенал», а теперь зажал премии за чемпионство, и Бобби больше не хотел иметь с ним дело. К тому же в восьмидесятые Робсон дважды отверг «Барсу». Один раз из-за «Ипсвича», второй — из-за сборной Англии (тогда посоветовал вместо себя Терри Венейблса). Не отказывать же в третий раз. 

«Жозе случайно не ваш парень?»

Нуньес не хотел нанимать еще и Моуринью. Считал, что хватит с Робсона и помощника по дому, а с переводом поможет Хосе Рамон Алешанко. Но Бобби настоял, и Нуньес выделил Жозе скромные десять тысяч песет в месяц, а, осознав вскоре его функционал, увеличил зарплату в пятьсот раз. 

Как и в Португалии, Моуринью помогал Робсону не только с переводом, но и с тренировками и с досье на соперников. «Он не играл на серьезном уровне, поэтому некоторые игроки поначалу не воспринимали его всерьез, — отметил Христо Стоичков, — но Жозе быстро показал, что анализирует футбол лучше, чем компьютер».

Также Жозе возил Бобби на переговоры с Нуньесом. Правда, возвращаясь ночью в Сетубал на своей Suzuki Vitara, Моуринью заснул, попал в аварию и повредил голову. Но несерьезно — поправился к началу предсезонных сборов, на которые прибыл со знанием каталанского. Его Жозе выучил за два месяца. 

«Я запретил ему рассказывать об этом, чтобы он мог подслушивать разговоры президента и его людей», – сообщил Робсон.

Сначала Жозе не хватало денег на жилье в Барселоне. Он ютился в скромном отеле Arenas, но после повышения зарплаты переехал поближе к Робсону, в Ситжес. Вечерами они вместе ужинали и наслаждались фильмами с Энтони Хопкинсом. Жозе утешал Бобби после поражений, а тот его — после смерти сестры от диабета. 

Заметив, что Моуринью больше чем переводчик, журналист As Санти Хименес спросил Робсона: «Жозе случайно не ваш парень?» — «Приведи сестру и узнаешь», — рявкнул Моуринью. 

Жозе творчески интерпретировал слова Бобби. После первого гола Роналдо в чемпионате Испании Робсон сказал: «Чудесный пример того, как можно добиваться гола на пустом месте». Моуринью перевел: «Мы сказали Роналдо, что нельзя, забивая чудесный гол, спать остальные восемьдесят девять минут». 

«От этого трансфера зависит ваша работа»

Сначала Робсон хотел Алана Ширера, но тренер «Блэкберна» Рэй Харфорд сообщил: «Без шансов. Мы ни за что его не продадим». — «Но мы предложим большие деньги», — упорствовал Робсон. — «Он не продается», — сказал Харфорд (за пару месяцев до трансфера Ширера в «Ньюкасл»). 

У «Барсы» хватило бы денег на зрелых Батистуту, Бокшича или Домингуша из «Порту», но Робсон настоял на другой альтернативе Ширеру. Восхищенный тем, как Роналдо обращается на скорости с мячом, Бобби проигнорировал даже то, что молодой бразилец пропустил полгода из-за травмы колена. 

«Сколько попросит ПСВ?» — спросил Нуньес. — «Думаю, десять миллионов долларов, — ответил Робсон. — ПСВ нужны деньги. Я их хорошо знаю». Оказалось, плохо — клуб из Эйндховена не продал Роналдо даже за двенадцать миллионов. Тогда Нуньес погрозил Робсону пальцем: «От этого трансфера зависит ваша работа». — «Позвольте я сам позвоню им».

Набрав боссу ПСВ Харри ван Раю Бобби проявил себя толковым переговорщиком: «Вы отвергли все наши предложения. Сколько хотите-то?» — «Ну, возможно, отпустим за двадцать миллионов». — «Возможно или отпустите?» — «Отпустим».

Лоран Блан. Фото: Andreas Rentz/Bongarts/Getty Images

Надо добавить, что двадцать миллионов — общая стоимость всех остальных новичков «Барсы» лета-1996: вратаря Байи, защитников Блана и Коуту и форвардов Джованни со Стоичковым (Луис Энрике с Пицци достались бесплатно как свободные агенты). Нуньес ахнул, узнав цену Роналдо, но через пару дней все же дал добро.

Правда, сам игрок был со сборной в Майами. «Два охранника никого не подпускали к Роналдо, а мне требовалось срочно подписать с ним контракт, — вспоминал Жоан Гаспар. — Тогда я одолжил у официанта отеля костюм, поднос и кока-колу. Переоделся, сказал бодигардам, что несу напиток Роналдо и спокойно прошел. Игрок не сразу понял, что происходит, но в итоге вызвал агентов и подписал контракт прямо в номере, на кровати».

«Его изображали жадным молодым человеком»

Окончательно отделаться от бразильцев не удалось. Календари клубов и сборных еще не синхронизировались, поэтому Роналдо пропустил пять туров и полуфинал с финалом Кубка Испании из-за отлучек в Южную Америку — но и так забил аж сорок семь мячей.

«Его изображали жадным парнем, — отмечал Робсон в книге «Англичанин за границей». — но он доставлял мне только одну проблему: отказывался уходить с тренировки и просил: «Пожалуйста, мистер, еще несколько ударов».

В сентябре 1996-го Роналдо забил семь мячей, и перед октябрьской игрой с «Барсой» защитник «Тенерифе» Сесар Гомес сказал: «Как остановить Роналдо? Я буду много молиться перед игрой».

Робсон, Моуринью, Баия и Роналдо

«Без майки он походил на боксера. У него потрясающие бицепсы, — восхищался Робсон. — Если Ромарио топтался у чужой штрафной, то Роналдо опускался за мячом к центральной линии и взлетал к воротам, не замечая препятствий. В матче десятого тура с «Валенсией» он подобрал мяч и понесся навстречу двум монструозным защитникам. Те только и думали, как сбить его, но он улизнул от обоих, устоял на ногах и пробил мимо вратаря.

Вся страна была у его ног. После каждой тренировки его дожидались сотни человек. Однажды я совершил крупную ошибку и отправился домой вслед за ним. Мне понадобилось полчаса, чтобы выйти с базы!»

Фото: Matthew Ashton/EMPICS via Getty Images

Еще сильнее Робсон удивился, когда в декабре прилетел с командой на гостевую игру с «Реалом». В мадридском аэропорту Роналдо встречало две тысячи человек. В столице не видели такой истерии со времен прилета The Beatles в 1965-м.

Левый защитник «Реала» Роберто Карлос пытался унять ажиотаж: «Им все восхищаются, но никто не думает, почему на ЧМ-1994 он не сыграл ни минуты. А дело в том, что, получая мяч, он забывает о других игроках. Просто помешан на забивании эффектных голов. Я беспокоюсь за Роналдо — от него стали требовать слишком многого».

На праздновании тридцать девятой годовщины открытия «Камп Ноу» каталонский епископ констатировал: «Там, где раньше висели картины с изображением «Тайной Вечери», теперь плакаты с Роналдо».

«Меня раскритиковали за победу 6:0»

С отменой лимита на иностранцев «Барса», как и прочие топ-клубы, быстро превращалась в сборную мира. Очарованный свалившимися возможностями, Робсон планировал счастливо тренировать команду, к которой шел с 1980 года (когда босс «Ипсвича» Джон Кобболд не отпустил в Каталонию). Но попал в дикую ситуацию:

«Одна половина Барселоны давала мне шанс, а вторая, боготворившая Кройффа, сразу меня возненавидела, — жаловался Бобби. — В январе 1997-го меня раскритиковали за победу 6:0 над «Райо Вальекано». Вышел заголовок: «Барса» побеждает, но не играет в футбол. Я не верил своим глазам». 

Фото: Ben Radford/Allsport

Проблема заключалась не только в Кройффе, но и в выборах президента «Барса», ожидавшихся летом 1997-го. «Я заметил, что в Каталонии «Барса» — очень мощный политический инструмент, — признал Бобби. — Все местные деятели пытались примазаться к клубу, сфотографироваться с футболистами и тренерами. А конкуренты Нуньеса через свои медиа давили на меня как на его ставленника. С первого моего дня в Барселоне. Из каждой нашей ошибки раздувался пожар».

Робсона мочил даже тренер сборной Бразилии Марио Загалло: «Барса» страдает от недостатка тактической организации. Робсон полагается только на вдохновение нескольких талантов, которые гораздо сильнее большинства игроков».

Критика усилилась в конце ноября 1996-го, когда «Барса» впервые проиграла — в Бильбао — и уступила лидерство «Реалу». В том матче Моуринью сцепился с тренером «Атлетика» Луисом Фернандесом, взбешенный атакой Жозе на судью Ангуло. Это влюбило в португальца многих болельщиков «Барсы».

Робсон о таком отношении и не мечтал. Ежедневное давление так изнурило его, что посреди сезона он согласился возглавить «Ньюкасл». Тринадцатого января «Барса» проиграла дома аутсайдеру «Эркулесу», хотя к пятнадцатой минуте вела 2:0, и упустила шанс вернуться на первое место. Робсону махали с трибун белыми платками, склоняя к отставке, и он признался Нуньесу с Гаспаром: любимый клуб детства предложил пять миллионов фунтов за три года, хочется уехать.

Президент напомнил, что за разрыв контракта придется заплатить в два раза больше, чем полагалось Робсону за два года в «Барсе», и добавил: «Мы хотим, чтобы вы остались».

Через несколько недель тренер «Аякса» Луи ван Гал намекнул, что летом переедет в Каталонию, а Бобби вспомнил про другой пункт своего контракта: по нему Робсона после первого сезона могли перевести на должность спортивного директора.

«Его делали счастливым не деньги, а мяч в ногах»

«Барсу» затрясло. В феврале сыграли вничью с «Овьедо», ведя 2:0 за пятнадцать минут до конца, и проиграли «Эспаньолу» с «Реал Сосьедадом» (что Робсон объяснил пристрастной работой мадридских судей). А первого марта пропустили четыре безответных мяча от «Тенерифе». В тот день еще один столичный рефери Гарсия Аранда при счете 1:0 наказал «Барсу» двумя удалениями, а потом парой пенальти.

Робсона тревожило еще и то, что Роналдо, прилетевший из Бразилии за двенадцать часов до матча, снова не забил — в девятый раз за последние четырнадцать туров (в декабрьской игре с «Сельтой» его даже освистали на «Камп Ноу»). У него был восьмилетний контракт с «Барсой», но прописанная там выкупная стоимость — двадцать семь миллионов долларов — уже осенью 1996-го показалась смешной.

В декабре «Барса» согласовала новый контракт Роналдо с тремя его агентами — Питтой, Мартинсом и Бранкини. Зарплата и сумма выкупа удваивались, но в начале 1997-го изменилось налоговое законодательство, что требовало от Нуньеса куда больших расходов. Переговоры о финансовой помощи с Nike и Televisió de Catalunya затягивались, а игрока постоянно отвлекали болтовней о переезде в Италию.

«Его делали счастливым не деньги, а мяч в ногах, — говорил Робсон. — И я не мог понять, зачем ему уезжать. Есть же великолепный дом у Средиземного моря, сказочный BMW и любовь людей, которая не снилась даже тореадорам и поп-звездам».

Он признался мне, что не хочет менять клуб, но агенты внушили ему: твое дело — играть; наше — зарабатывать деньги. «Я должен делать то, что они говорят», — сказал он мне».

В начале 1997-го подруга Роналдо Сюзанна Вернер призналась в любви к «Реалу» и назвала переход в «Барсу» ошибкой (интервью, конечно, вышло в мадридской газете As). Роналдо часто мотался к ней в Рио — например, на два дня, для встречи Нового года — и был вял из-за смены часовых поясов.

Снова отлучившись в Бразилию, Роналдо купил небольшой остров и пиццерию для отца, и Робсон отшутился: «Я тоже недавно был на родине. И купил шелковый галстук». В конце февраля было уже не смешно: агенты Питта и Мартинс заявили, что больше не ждут, когда Нуньес найдет деньги на новый контракт, и готовят трансфер, а отца Роналдо арестовали за хранения кокаина.

«Барса» же без своей главной звезды сыграла вничью с «Атлетико» в первом матче четвертьфинала Кубка. Перед этим Роналдо шокировал Испанию тем, что в разгар сезона улетел на карнавал. Журналист Sport Мигель Рико написал: «Клуб в кризисе, а Робсон отпускает ключевого игрока в отпуск — немыслимо!»

Не сдержался и центральный хавбек Гильермо Амор, подтвердивший слухи о том, что ветеранов «Барсы» бесит особое положение Роналдо: «Проблема не в том, что он танцует в Рио, а в том, что кто-то ему это разрешил».

После этого Бобби не имел права проигрывать «Атлетико» в ответном матче — к тому же дома и с вернувшимся Роналдо. Но к тридцатой минуте «Барса» уступала 0:3.

«Я побежал разминаться, не дожидаясь команды от тренера»

Казалось, пошел снег — столько платков белело на трибунах. Позже Робсон узнал, что в перерыве руководители «Барсы» договорились: если так и закончат — уволим. Во втором тайме, играя в четыре форварда, команда Бобби совершила невообразимое: забила пять мячей (три Роналдо, по одному — Фигу с Пицци) и победила 5:4.

Вместо восторгов Робсон с помощью Моуринью прочел в мадридских газетах, что тактические перестановки инициировали сами игроки, а представитель Nike недоволен игрой Роналдо в форме Kappa (техспонсор «Барсы» до 1998-го).

Робсон, де ла Пенья и Гвардиола. Фото: Photo/Cesar Rangel

Первое утверждение опроверг Гвардиола. Хотя, по словам Робсона, Пеп регулярно давал тактические советы: «В перерыве он всегда говорил — их «семерка» слишком часто владеет мячом или что-то в этом духе. Гвардиола — сильная личность со своим мнением. Как и Попеску, Серхи, Амор, Фигу и Стоичков. Сначала я боялся, что Христо будет бунтовать, но он благородно смирился с ролью резервного форварда».

Стоичков, вернувшийся в «Барсу» после тяжелого сезона в «Парме», восхищался Робсоном: «Английские тренеры славились жесткостью, но Робсон был нам скорее другом, чем боссом, — заявил Христо в автобиографии. — С ним пришло много новых игроков, над которыми я подшучивал на правах ветерана.

Правда, с Роналдо переборщил. Однажды он спросил меня, во сколько завтра тренировка, и я соврал: «Новичок, завтра отдыхаем». На тренировке он, конечно, не появился, а потом, когда все переполошились, примчался — взволнованный и вспотевший. Начал жаловаться: «Стоичков мне сказал…» — «Эй, парень, я не твоя секретарша». Мы быстро помирились, и я повел его в свой любимый ресторан».

С паса Христо Роналдо забил свой первый мяч в той сумасшедшей игре с «Атлетико». «Я начал игру в запасе, — вспоминал Стоичков, — но, когда Пантич оформил хет-трик и счет стал 3:0, я вскочил со скамейки и побежал разминаться — под одобрительные аплодисменты болельщиков и не дожидаясь команды от тренера. Не знаю, было ли что-то подобное в истории футбола. Я просто поставил Робсона перед фактом.

Он показал себя умным мужчиной и молниеносно сориентировался. Выпустил меня вместо Попеску, и я повел команду в бой. После матча болельщики долго скандировали мое имя, а я даже совершил круг почета, как после завоевания Кубка».

«Робсон потерял контроль над раздевалкой, и в команде развилось самоуправление»

Без уехавшего в сборную Роналдо «Барса» проиграла в одном из последних туров «Эркулесу», уступила чемпионство «Реалу», но все же завоевала в том сезоне Суперкубок, Кубок Кубков и Кубок Испании. Два последний трофея — уже после того, как Нуньес согласовал контракт с Луи ван Галом, опасаясь, что самого востребованного тренера Европы уведут «Лацио» или «Бавария».

По словам биографа Гвардиолы Гильема Балаге, в перерыве финала Кубка Испании — при счете 1:1 — Робсон безучастно сидел в углу раздевалки, а стратегию на второй тайм формировали игроки и Моуринью.

В своей книге 2001 года «Мои люди, мой футбол» Гвардиола высказался изящнее: «При Робсоне мы научились брать на себя ответственность. На примере Бобби я убедился: успешный тренер только тридцать процентов времени думает о футболе. А в остальном — обо всем, что окружает команду.

Его методы отличались от тех, что исповедовал Кройфф. Пока команда и тренер привыкали друг к другу, прошло три-четыре месяца. Было уже слишком поздно [для борьбы за чемпионство]. А когда мы наконец синхронизировались с Бобби, это трактовали как самоуправство игроков».

Балаге добавил: «Перед одной из первых тренировок в «Барсе» Робсон чертил мелом на полу свою тактику, а Моуринью переводил (часто он дополнял и детализировал слова босса). Глядя на тренера, стоящего на коленях, игроки обменялись недоуменными взглядами и прозвали Бобби дедушкой Микелем (звезда рекламы дешевого вина). В тот момент Робсон потерял контроль над раздевалкой, и по ходу сезона в команде развилось самоуправление».

Стоичков думал иначе: «Робсон вел себя уверенно и пользовался уважением в раздевалке. Например, когда я заслуживал критики, он твердил: «Отстаньте от Стоичкова. Это наше зарядное устройство». Он знал, как сделать так, чтобы лидеры команды бились за него».

Образцовым игроком той команды Робсон считал Луиса Энрике, скандально переметнувшегося из «Реала»: «Невероятный, очень духовитый игрок. Если возникали проблемы с составом, я мог поставить его на любую позицию, зная, что он сыграет безупречно».

«Бобби, что нам с тобой делать? Ван Гал едет сюда как главный тренер».

За десять месяцев с Робсоном «Барса» забила сто сорок мячей, а в чемпионате одержала на одну победу больше, чем чемпион. К слову, «Реал» в том сезоне не участвовал в еврокубках и провел на четырнадцать матчей меньше, чем «Барса».

Весной 1997-го Робсон отказал «Эвертону» и «Бенфике» — до последнего не верил, что «Барса» сместит его. А после того, как команда завоевала за месяц два титула, Гаспар смущенно спросил: «Бобби, что нам с тобой делать? Ван Гал едет сюда как главный тренер».

На собрании с участием обоих тренеров Луи сказал: «Если это проблема, пусть Робсон отработает второй сезон, а я посижу на обочине — присмотрю за молодежью». Нуньесу это не понравилось, и Робсон согласился стать спортивным директором: «Луи, будущее за тобой. Тренируй, а я буду смотреть игроков, на которых ты мне укажешь».

Вскоре Бобби отговорил Луи от покупки Макманамана из «Ливерпуля» и посоветовал Ривалдо из «Депортиво». В сезоне 97/98 Робсон избегал не только тренировок, но и матчей «Барсы» — чтобы ван Галу работалось спокойнее. Да и времени на такие визиты было мало. Бобби объездил Европу и Южную Америку. Был в Буркина-Фасо на Кубке Африки и на юниорском чемпионате мира в Египте, где в ста пятидесяти метрах от его отеля взорвалась бомба.

С отменой лимита на иностранцев такие люди стали особенно важны — к тому же скаутов с таким авторитетом в мире больше не было. Но Бобби воспринимал это как творческий отпуск и, хотя предложили остаться, вернулся в ПСВ. Клуб из Эйндховена ждал окончания контракта Эрика Геретса с «Брюгге» и нуждался во временном тренере.

Фото: Toussaint Kluiters

Робсона и в «Барсу» брали на похожую роль (мостик от Кройффа к ван Галу), но не сказали об этом прямо. Это-то и обидно.

«Они не поверили моему честному слову»

А еще обидней за Роналдо. В восемь вечера двадцать восьмого июня 1997-го юристы «Барсы» встретились с бразильскими агентами, чтобы уладить последние детали, но в час ночи переговоры прекратились.

«Когда я вчера говорил с Роналдо, он был счастлив, — заявил Нуньес. — Но его агенты пришли на переговоры только по его просьбе. Уверен, они уже договорились с «Интером».

Они просили пять миллионов долларов за каждый из десяти сезонов контракта. Я согласился. Они отказались выплачивать пять процентов в качестве налогов, и я взял это на себя. Мы даже согласились платить в долларах, а не песетах. Но они не поверили моему честному слову, что пятнадцать процентов зарплаты возьмет на себя Televisió de Catalunya».

Агент Рейналдо Питта подтвердил: честного слова Нуньеса мало, требовались гарантии — их не было, и это сорвало переговоры.

Фото: Ruediger Fessel/Bongarts/Getty Images

«Он действительно хотел остаться, но эти агенты имеют влияние на него, — сокрушался Робсон. — В любом случае, «Барса» с Роналдо, которому постоянно увеличивают зарплату, лучше, чем «Барса» без него. Очень жаль, что мы потеряли лучшего игрока мира. Я сказал ему: возможно, клубы вроде «Интера» будут платить ему больше, но они никогда не станут лучшими клубами в его жизни».

Денис Романцов
Денис Романцов

Журналист
2006 — 2017 — Sports.ru
2007 — 2013 — PROспорт
C 2018-го — Матч ТВ

Добавить комментарий

%d такие блоггеры, как: