Поразительная карьера Христо Стоичкова: от фабрики имени Гагарина до суда в Вашингтоне

Денис Романцов

Спросонья он любил поваляться в постели. Но утро шестого декабря 1994-го вышло необычным. В спальню вбежала жена Мариана: «Звонит Аранча Санчес-Викарио (теннисистка, ставшая через два месяца первой ракеткой мира). Говорит, что тебя ищут французские журналисты».

Взяв трубку, Христо поразился — ну, и наглость! Интервью и фотосессию репортеры хотели сегодня же — и поскорее. Видно, потому и обратились через Аранчу, подругу Христо, — ей-то не откажешь. Он и правда согласился, но с условием — болтовня и вспышки после тренировки, а не до или вовремя. Не хватало еще злить тренера Кройффа.

Через несколько часов журналист Стефан Сен-Раймон встретил Стоичкова на выходе со стадиона «Камп Ноу». При знакомстве Христо не больно-то вслушивался в слова интервьюера и название издания пропустил мимо ушей. Ну, France. Ну, Football. Ближе к делу, ребята.

Стоичкова проводили в номер «Трамонтана» пятизвездочного отеля «Хуан Карлос I». Подтянулась и Аранча. Началось что-то среднее между вечеринкой и фотосессией. В разгар мероприятия Сен-Раймон увлек Христо в соседнюю комнату и вдруг достал из красной сумки «Золотой мяч».

«Э, нет. Знаю я вас, — завелся Стоичков. — Я не буду фотографироваться. Говорят, позавчера вы снимали с ним Баджо и Мальдини». — «Нет, Христо! Если я вернусь без вашего фото с призом, меня уволят». Стоичков сжалился, взял трофей в руки и понял: это не съемка претендента на всякий случай. Это победа — на «Золотом мяче» выгравировано его имя.

Он поцеловал приз, и в глазах помутилось от слез. Как в четырнадцать лет, полжизни назад, когда услышал от Ради Стефанова, тренера пловдивской «Марицы»: «Маловат ты для футбола. Ищи другую команду». Или как за просмотром его любимого фильма «Всё — любовь» — про подростка Радо, отвергнутого обществом и загремевшего в колонию.

Чтобы и Христо не покатился в том же направлении, его родители обратились к знакомому футбольному судье Атанасу Узунову. А тот устроил Стоичкова в команду Пловдивской табачной фабрики имени Юрия Гагарина. Христо поступил в электротехнический техникум, получил первые бутсы (черные с четырьмя белыми полосками) и заиграл с сорокалетними мужиками в заводском первенстве.

До перехода в «Барселону» оставалось десять лет.

«Дайте уже этому нахалу сыграть»

А за пять лет до «Барсы» он нарвался в Болгарии на пожизненную дисквалификацию. Ранее силами судьи Узунова попал в команду третьей лиги «Хеброс», потом в юношескую сборную и наконец — в софийский ЦСКА. Причем приехал в столицу в автобусе главного конкурента армейцев — «Левски», отыгравшего с «Хебросом» в Кубке Болгарии.

В первый же день новобранец Стоичков нечаянно занял в раздевалке место капитана Димитрова, надел халат другой звезды Велинова и вне очереди зашел в душевую. А потом — уже осознанно — ответил на предложение форварда Стойчо Младенова вымыть его бутсы: «Сначала ты — мои». — «Браво, хлопец. Мне нравятся парни с характером, — сообщил Младенов, схватив Христо за ухо. — Теперь ты мой друг».

Позже Младенов и Димитров советовали юному Стоичков не мириться с дедовщиной на тренировках и быть жестче с обидчиками. Христо прислушался, и вскоре ветераны молили тренера Манолова: «Дайте уже этому нахалу сыграть. Иначе он убьет кого-нибудь на тренировке».

С февраля 1985-го Христо играл все чаще и в июне вышел в стартовом составе против «Левски». В финале Кубка страны. В конце первого тайма ситуация накалилась — ЦСКА вел 2:0 (Славков открыл счет, подыграв рукой) и не реализовал пенальти. Игроки «Левски» завелись, и хавбек Спасов схватил армейца Янчева за горло. Стоичков оттолкнул соперника и вспыхнула потасовка.

Через три дня, сидя в кафе с друзьями, 19-летний Христо услышал, что навсегда отстранен от футбола. А в сентябре — загремел в воинскую часть в Стара-Загоре: «Там мне попался капитан, который командовал, как генерал. Он отправлял меня играть под вымышленным именем (Ангел Станков) в деревенскую лигу», — вспоминал Христо в автобиографии, написанной с журналистом болгарской газеты «Труд» Владимиром Памуковым.

На Стоичкова донесли, и из Софии выехала инспекция. В Стара-Загоре вовремя узнали об этом, заменили Христо за десять минут до конца матча, и на офицерском джипе доставили в часть. Там он быстро надел военную форму и схватил автомат. Дождавшись проверяющего из Софии, изобразил удивление: «Какой Ангел Станков? Какой футбол? Мне же нельзя».

Вскоре Стоичкова повысили в армии до хлебореза. До «Золотого мяча» оставалось десять лет.

Знакомство с Кройффом и переговоры с генералами

В феврале 1986-го министр обороны Джуров и адмирал Добрев добились от главы Болгарии Живкова амнистии Стоичкова. Тот вернулся в ЦСКА после восьми месяцев перерыва, а летом стал лидером команды — из-за отъезда ветеранов в зарубежные клубы. Христо засиял в атаке с Костадиновым и Пеневым, слегка разбогател и, придя в универмаг за новым телевизором, познакомился с будущей женой.

Другое полезное знакомство завязалось летом 1989-го. Тренер «Барсы» Кройфф, очарованный игрой Стоичкова в Кубке Кубков-88/99, велел агенту Хосепу Мингелье любой ценой вытащить Христо из коммунистической Болгарии. Хосеп знал, что только деньгами цели не достичь (владелец «Панатинаикоса» Вардинояннис не смог купить Стоичкова даже за семь миллионов долларов), поэтому для начала позвал ЦСКА на турнир в Пальма-де-Майорку.

Там Христо наплел тренеру Димитару Пеневу, что из-за жары страдает от бессонницы и отпросился на прогулку. За ближайшим поворотом Мингелья посадил его в машину и доставил в скромное бистро, где представил Кройффу. Одетый в бермуды, Йохан выглядел как отпускник, заскочивший с пляжа на обед. Он сообщил Стоичкову, что не мыслит без него «Барсу» своей мечты. И что ждет его у себя летом 1990-го, когда уйдет бразильский защитник Алоизио и освободится одна из трех легионерских вакансий.

В следующие полгода Мингелья ежемесячно прилетал в Софию, уговаривая болгарских генералов отпустить Христо. Министр обороны Джуров упорствовал: уже продали «Валенсии» Любо Пенева (племянника главного тренера) — хватит. Отчаявшись, Стоичков изучал вариант бегства через Венгрию, но вице-президент «Барсы» Вентура повысил предложение до четырех миллионов и все же закрыл сделку.

Сказались также свержение генсека Живкова и героизм агента Мингельи. Тот не терпел крепкий алкоголь, но ради трансфера Стоичкова пил на переговорах водку, закусывая таратором — болгарским холодным супом из кефира с чесноком и тертым огурцом.

Отказ от договорняка и атака на судью

Перед последним матчем за ЦСКА — против софийской «Славии» — Христо на один гол отставал от форварда «Реала» Уго Санчеса, лучшего бомбардира европейского сезона. «За два дня до игры ко мне прислали футбольного человека, которого я хорошо знал, — писал Христо в автобиографии. — Он предложил такой план: «Славия» позволит мне забить два мяча, но победит. Тогда я получу «Золотую бутсу», а наш соперник финиширует вторым.

Но на ту игру собирались руководители «Барсы», чтобы оформить мой контракт. Как бы я смотрел им в глаза после договорняка? Они ведь брали футболиста, а не мошенника».

Он забил лишь один мяч, сравнялся с Санчесом, и «Золотые бутсы» вручили обоим. Церемония прошла в Бонне. На ней Стоичков подружился с Санчесом и его невестой Изабель, но поссорился с организаторами. Причина — на плакатах, анонсирующих церемонию, Христо был меньше Уго. Он рвался уехать из Бонна, но оттаял после извинений.

Его встреча с Санчесом на поле тоже обернулась скандалом. За пять минут до перерыва защитник «Реала» Чендо сбил Стоичкова недалеко от скамейки «Барсы». Кройфф замахал руками, требуя карточки для соперника, но так разошелся, что сам получил желтую, а потом и красную.

До этого Йохан полгода изводил Христо послеобеденными индивидуальными тренировками. Но, увидев несправедливое изгнание тренера, Стоичков забыл о муках и вступился за Кройффа. Он тоже быстро отхватил красную карточку, обхамив судью Аспитарте по-болгарски, а потом еще и наступил тому пяткой на правую ступню.

«В жизни за все надо платить, Христо, — сказал Кройфф в раздевалке. — И дороже всего — за собственные ошибки». — «Вы о себе или обо мне?» — сострил остывший Стоичков, за что получил от тренера легкий пинок под зад. Христо еще не знал, что за нападение на судью его дисквалифицируют на полгода.

Контракт с «ПСЖ» и просьба Карелина

Втрое скостить бан удалось благодаря встрече Христо и Аспитарте в редакции газеты Marca. Болгарин извинился, а судья заключил: «В игре он дьявол, а за пределами поля — ангел». Вернувшись, Стоичков забил решающие мячи киевскому «Динамо» и «Ювентусу» в Кубке Кубков, но финал пропустил из-за травмы бедра — и «Барса» уступила «МЮ».

Следующей весной он снова коллекционировал голы в еврокубках, но уже в Лиге чемпионов. Правда, не все было так гладко. При лимите в трех иностранцев Кройфф взял четвертого, голландца Витчге, и часто злил Стоичкова заменами. Это наслаивалось на недовольство Христо зарплатой — третьей с конца в команде.

В итоге Христо подписал личный контракт с ПСЖ, по которому стал бы самым высокооплачиваемым футболистом мира. Весну 1992-го он отыграл в предвкушении скорого переезда в Париж, но «Барса» не спешила продавать его и затеяла переговоры о новом контракте. Христо расчувствовался, когда болельщики понесли его на руках после завоевания чемпионства, и остался. С повышением зарплаты.

Выиграв еще и Кубок чемпионов на «Уэмбли», Стоичков обезумел от счастья. Поцеловал в губы Кумана на лондонской вечеринке, а в Барселоне схватил каталонского премьер-министра Жорди Пуйоля и чуть не уронил его с балкона ратуши. Вдобавок прокричал болельщикам: «Да здравствует, свободная Каталония».

Через два месяца Христо в статусе мировой знаменитости посетил барселонскую Олимпиаду. Без билета и аккредитации прошел к знакомому болгарскому борцу Братану Ценову, чем взбудоражил организаторов и журналистов.

«В тот момент великий Александр Карелин попросил меня уделить журналистам пять-десять минут, — вспоминал Стоичков в автобиографии. — Я и не думал отказывать такому богатырю. Я дал большое интервью специально для российских репортеров, и с тех пор они меня уважают. Не обиделись даже на мои дерзкие слова перед отборочным матчем ЧМ-1998: «Русские освободили нас девятого сентября, а мы освободим их от чемпионата мира десятого».

Исторический гол нелегала и дружба с Ромарио

Ранее болгары освободили от ЧМ-1994 Францию, хотя сборную игнорировали игроки «Левски», взбешенные судейством матча с «Ботевом», а у партнеров Стоичкова — Костадинова и Пенева — не оказалось французских виз и их нелегального привезли с немецкого сбора через лазейку в границе, рекомендованную хавбеком «Мюлуза» Георгиевым.

Стоичков пригласил на тот матч агента Мингелью и нового друга Ромарио (56 голов на двоих в сезоне-93/94). Те покинули «Парк де Пренс» за пять минут до конца, чтобы избежать пробок, и не увидели победный гол Костадинова — с паса другого нелегала Пенева. Увидев в отеле Trianon Palace радостного Стоичкова, Ромарио услышал: «Оставайся праздновать с нами. Я оплачу «Барсе» штрафы за пропуск тренировки».

Христо сдержал обещание. В отличие от спонсоров сборной Болгарии, суливших каждому игроку за выход на ЧМ в США пятьдесят тысяч долларов (цена квартиры в центре Софии). В Америке Стоичков говорил на пресс-конференциях по-испански — мстил болгарским журналистам, назвавшим сборную «главным позором страны» после 0:3 от Нигерии в первом туре. Заодно Христо уговорил тренера Димитара Пенева не идти на поводу у прессы и не запрещать визиты к игрокам жен, живших в соседнем отеле.

Взамен пообещал улучшить турнирное положение и несмотря на травму бедра забил в следующих пяти матчах шесть мячей. Победу над немцами в четвертьфинале Христо посвятил племяннику тренера Любославу, боровшемуся с раком яичек, а позже подарил ему копию своей «Золотой бутсы» (отношения друзей испортились в 2016-м, когда Любо не приехал на матч в честь пятидесятилетия Христо).

Поражение в полуфинале Стоичков списал на предвзятость французского судьи Жоэля Куиниу, не давшего пенальти за игру рукой Костакурты. Предвзятость же объяснил тем, что из-за перевеса в количестве болельщиков Италия была более выгодным для ФИФА участником финала.

Спустя десять лет, сдавая дом в Педральбесе новичку «Барсы» Жюли, Христо заявил: «С тебя как француза — дополнительный налог. Сам реши, сколько доплатишь за преступление соотечественника». Увидев озадаченность Людовика, Стоичков расхохотался.

Левый защитник и дискомфорт в Парме

В конце декабря 1994-го Христо с женой и двумя барселонскими друзьями полетел на вручение «Золотого мяча» в Париж. В тесном частном самолете. «Если мы грохнемся, я буду первым, кто получит «Золотой мяч» посмертно», — сообщил Стоичков, устраиваясь в кресле. Вскоре стало не шуток.

Выяснилось, что Кройфф хочет избавиться от лучшего игрока мира — задумал освежить состав, извел придирками и в финале откровенного разговора, сначала казавшегося примирительным, посоветовал уехать в серию А.

«Парма» купила Христо за восемь миллионов долларов. Он лихо дебютировал в новой команде — четыре гола в пяти матчах. Но потом — мышечные травмы, лечение в Барселоне и сообщение о его огромной зарплате, шокировавшее лидеров «Пармы» (например, Дзолу).

Стоичков поддерживал на тренировках молодых Буффона с Индзаги, дружил с защитником Бенарриво, но не находил себя в итальянском футболе, тосковал по «Барсе» и через Кройффа попросился назад. Тот признал, что поспешил с расставанием, и предложил президенту Нуньесу вернуть Христо. Но был уволен вскоре после проигрыша «Баварии» в Кубке УЕФА. Невероятно, но ту игру судил тот самый Атанас Узунов, что спас футбольную карьеру Стоичкова пятнадцатью годами ранее.

После английского Евро-1996, где болгары жили в бывшей психбольнице (со скрипучими полами и плесенью на стенах), Стоичков вернулся в «Барсу», которую тренировал уже Бобби Робсон. Тот любил Христо и часто беседовал с ним по душам: «Когда вам было труднее всего в сборной Англии?» — спросил однажды Стоичков. — «Когда увидел свое фото на последней странице таблоида с огромным заголовком: «Придурок».

Добыча Кубка Кубков-96/97 меркла на фоне второго места в чемпионате, и Нуньес подвинул Робсона ради Луи ван Гала. Тот уже при знакомстве взбесил Стоичкова, написавшего потом в автобиографии: «Войдя в раздевалку, ван Гал посмотрел на игроков с презрением и, принюхавшись, покачал головой: «Оу, я чувствую здесь запах Кройффа». Я ответил: «Так пахнут победы. Привыкайте». Он мрачно посмотрел на меня и стало ясно — теперь мы враги».

Ван Гал два месяца не давал Стоичкову играть, а потом вдруг выпустил против «Реала». Левым защитником. Во втором тайме Христо повредил мениск. Это была его последняя игра за «Барселону».

Саудовская Аравия, Япония и США

Он вернулся в ЦСКА с условием, что его ненадолго отпустят в «Аль-Наср» — на финал четырех азиатского Кубка Кубков. Член королевской семьи Саудовской Аравии, управлявший новым клубом Христо, перед полуфиналом пообещал последнюю модель «мерседеса» автору первого гола туркменскому «Копетдагу» (в случае победы).

На пятой минуте судья назначил пенальти в пользу «Аль-Насра», но Христо пробил по центру, и вратарь отбил ногой. Счет вскоре открыл другой футболист — Аль-Джаман: «Аль-Наср» победил, а вскоре завоевал Кубок, но Христо остался без «мерседеса». Спустя двадцать лет — на ветеранском турнире в Казахстане — тренер вратарей «Астаны» Евгений Набойченко попросил Стоичкова о совместном фото и признался, что это он отразил тот самый пенальти.

Через три месяца после победы в азиатском Кубке Кубков Стоичков провалился со сборной на чемпионате мира. Из-за внутренних склок, раздиравших команду. «В то время в Болгарии практически не существовало государства, — признал Христо в мемуарах. — Страной руководили преступные группировки, которые укоренились и в футболе. Если кто-то скажет, что мог их игнорировать — это наглая ложь».

После ЧМ-1998 Стоичков улетел в японскую «Касиву Рейсол», где его изнуряли кроссами и прыжками с привязанной к поясу сумкой с песком. Когда Христо отлучился в сборную на турнир в Гонконге, «Касива» прислала ему двух телохранителей. Они не только всюду следовали за ним, но и ежедневно выдавали суточные от клуба.

В ответ Стоичков помог «Касиве» выиграть Кубок японской лиги — первый титул клуба за двадцать лет, — но так устал от тренировок, что бросил играть и стал директором болгарских сборных. Правда, ненадолго. Христо не сработался с главным тренером Младеновым (тем самым, что требовал мыть его бутсы в ЦСКА-1984) и под давлением агента Мингельи вернулся в футбол, выиграв с «Чикаго» Кубок США.

Месси и тренерская карьера

Сменив «Чикаго» на «Вашингтон», Стоичков в товарищеском матче сломал ногу студенту Фредди Лерине, чья футбольная карьера оказалась под угрозой. Лерина попытался через суд взыскать с Христо пять миллионов долларов, но через пять лет дело кончилось мировым соглашением. «Больше меня порадовала новость о том, что парень все же вернулся в футбол», — подчеркнул Христо в автобиографии.

Оставив Америку, он тренировал молодых нападающих «Барсы». Один из них с тех пор называет Стоичкова Маэстро и зовет с собой на церемонии вручения «Золотого мяча»: «Я спросил ребят из молодежки «Барсы»: «Вы очень талантливы, но проявите ли характер, необходимый для успеха?» Месси был не самым разговорчивым парнем, но решительно ответил: да», — писал Стоичков.

Тогда же — в 2004-м — президент «Барсы» Лапорта воспользовался популярностью Христо и попросил успокоить болельщиков, взбешенных слабым стартом тренера Райкарда. Стоичков справился, но вскоре променял перспективную работу в системе «Барсы» на пост главного тренера своей сборной.

Знать бы тогда, насколько помешает разрозненность болгарского футбола и ненависть к Христо болельщиков «Левски». Они не простили ему осеннее издевательство 1989-го: тогда Стоичков забил главному сопернику четыре мяча за полчаса, а на следующее дерби издевательски вышел под четвертым номером.

Погрязнув в оскорблениях после 0:0 с Албанией, Стоичков уехал в «Сельту». И снова быстро пожалел. Выяснилось, что долги клуба составляют восемьдесят миллионов евро. Христо пытался спасти команду от вылета, но перед последним туром у президента «Сельты» не нашлось денег на мотивирование соперников конкурентов, а потом — на трансферы для возвращения в Примеру. 

Стоичков вконец разочаровался в тренерской работе, когда его «Литекс» задушили судьи, а президент футбольной федерации Михайлов (вратарь Болгарии на ЧМ-1994) проигнорировал звонки Христо, жаждавшего объяснений. Вскоре Христо бросил эту нервотрепку и сфокусировался на журналистской работе в телекомпании Univision. 

Девятью годами ранее — на прощальном матче Стоичкова — Йохан Кройфф сказал: «Сегодня праздничный день, но в то же время грустный. Потому что уход Христо — поражение для футбола». 

Денис Романцов
Денис Романцов

Журналист Sports.ru

1 комментарий

Добавить комментарий

%d такие блоггеры, как: