Рекордное чемпионство Трапаттони. Как тренер из «Юве» вернул «Интер» на вершину

Денис Романцов

За десять лет в «Ювентусе» Джованни Трапаттони выиграл шесть чемпионатов и пять кубков — два итальянских, все европейские и Межконтинентальный. Собрав полный комплект, он оповестил президента «Юве» Бониперти: «Я ухожу». — «Погоди, ты спятил? Ты ведь счастлив здесь!» — «Пора испытать новые ощущения». — «Хорошо, но не говори пока Аньелли. Он не перенесет этого». 

Через несколько месяцев патрон «Юве» Джанни Аньелли узнал о планах Трапа и позвонил с предложением остаться. А в будущем — заменить Бониперти в роли президента. Трап вежливо отказался и вскоре встретился с президентом «Интера» Эрнесто Пеллегрини в принадлежащем тому отеле Villar Perosa. 

Джованни Трапаттони и Мишель Платини

«Как всегда со мной бывает, я не обсуждал деньги и какие-то гарантии, — заявил Трапаттони в автобиографии, написанной с миланским журналистом Бруно Лонги — Мы лишь условились, что через два месяца я приму «Интер», но до конца чемпионата-85/86 об этом никто не должен знать». 

Вечером Джованни поделился новостями с женой. Ужин прервал звонок. «Наверно, журналисты, — предположила Паола. — Милан — не Турин, там мигом узнают, если что-то случается». Она ошиблась — звонил Сильвио Берлускони, только что купивший «Милан». 

«Трап, слушай, я тут подумал… Ты ведь провел в «Милане» двадцать лет. Давай завтра встретимся». — «Черт возьми, президент, я только что договорился с Пеллегрини». — «Как ты можешь идти в «Интер»? После двадцати лет в «Милане» и десяти в «Юве»? Это хрень какая-то. Подумай еще раз». — «Простите. Если бы вы позвонили несколько дней назад, было бы о чем говорить. А теперь поздно». 

Эрнесто Пеллегрини (в центре) и легенды «Интера» — Джачинто Факкетти (слева) и Тарчизио Бурнич

К началу восьмидесятых бывший бухгалтер Эрнесто Пеллегрини стал королем итальянского общепита (кормил и работников «Фиата», так что Аньелли иронично называл его «нашим шеф-поваром») и к 1984 году накопил достаточно, чтобы купить с детства любимый «Интер» у бизнесмена Ивано Фраиццоли, во время Второй мировой производившего военную форму. 

Пеллегрини пытался взбодрить забуксовавшую после чемпионства-1980 команду, но с Румменигге, Брэйди и Тарделли «Интер» отлетел на шестое место и был истерзан «Реалом» в полуфинале Кубка УЕФА — 1:5. 

После проигрыша «Роме» в четвертьфинале Кубка Италии фанаты прорвались в ложу-прессы и поделились с журналистами возмущением президентом Пеллегрини. Они еще не знали, что заглянувший на тот матч Трапаттони возник на «Сан-Сиро» не просто так. 

Трап встряхнул «Интер» летним сбором в Варезе, в ходе которого команда жила в отеле на вершине холма, а с помощью спортивного директора Джанкарло Бельтрами разбавил состав двукратным чемпионом мира Даниэлем Пассареллой из «Фиорентины» и атакующим хавбеком «Сампдории» Джанфранко Маттеоли. 

Первый традиционно много забивал (пятнадцать голов за два года), но испортил миланское приключение вспыльчивостью: весной 1987-го врезал шестнадцатилетнему генуэзскому боллбою Маурицио Пиане, долго подававшему мяч в конце матча с «Сампдорией», и нарвался на дисквалификацию со штрафом, а через год обиделся на то, что его место в защите занял Андреа Мандорлини, приходивший в «Интер» хавбеком, и расплевался с Трапаттони. 

Маттеоли же долго не мог освоиться в «Интере», на второй год тяготился конкуренцией с бельгийцем Шифо, а на третий Трапаттони провернул с ним тот же фокус, что и тренер Маццоне с Пирло годы спустя, — превратил из перспективного, но нестабильного плеймейкера в незаменимого опорника. 

Джанфранко Маттеоли и Джованни Трапаттони

Но это потом, а сначала, впервые нагрянув в Турин после ухода в «Интер», Трап развеселил болельщиков «Юве», по ошибке сев на домашнюю скамейку, а через полгода их же огорчил — обыграв 2:1 и обойдя в таблице. «Интер» до последних туров боролся с «Наполи» за чемпионство, но стал лишь третьим, провалив финиш из-за травм форвардов Румменигге и Альтобелли. 

Калле, изнуренный болью в ахилловом сухожилии, уехал доигрывать в Швейцарию, а Алессандро, лидер золотого «Интера»-1980, начал сотрудничество с Трапаттони фантастическим голом «Дукле» в Кубке УЕФА, а закончил — ссорой. 

«Альтобелли обладал большим авторитетом в команде и часто делал то, что ему вздумается, — писал Трап в автобиографии. — Я изо всех сил навязывал ему свою власть, и за два года совместной работы между нами часто вспыхивали конфликты. В основном из-за того, что к тридцати трем годам он заметно сдал, а я требовал лучшей игры. Однажды он вскипел из-за замены и швырнул в меня капитанскую повязку. Тогда я сказал Пеллегрини: «Такие жесты дискредитируют меня в глазах игроков. Убирайте Альтобелли или я уйду».  

Сам Алессандро в книге Маурицио Пиццоферрато «Интер» Трапа» добавил, что был уязвлен недостаточно уважительным отношением боссов: «Ни Пеллегрини, ни Трапаттони не объяснили, почему меня задвигали в запас. Президент-то ладно, он не знаток футбольной психологии, но от тренера я такого не ожидал. 

Алессандро Альтобелли

Также Альтобелли уточнил, что швырнул повязку в январской игре с «Пескарой». В первом круге «Интер» проиграл ей, а тогда утешился ничьей 1:1: «В раздевалке я потребовал объяснений, и Трап сказал, что, меняя меня, хотел бросить камень в пруд и расшевелить команду. Я сказал ему, что он выбрал не тот пруд. Я болею за «Интер» с детства, других команд для меня не существует, но после Евро-1988 мне пришлось идти в «Юве». 

В то же время Альтобелли признал: в сезоне-86/87, уступая в силе состава конкурентам, «Интер» поднялся на третье место только благодаря Трапаттони. Защитник Риккардо Ферри в книге Пиццоферрато добавил: «Джованни — как тот повар, что обнаружил в холодильнике лишь два яйца и все равно умудрился приготовить вкусное блюдо. Любой другой на его месте пошел бы в магазин». 

На второй год одного тренерского мастерства не хватило: взятый на роль плеймейкера Энцо Шифо в команду не вписался, а без дирижера уровня Марадоны, Гуллита или Джаннини нечего было и мечтать о победе в серии А конца восьмидесятых. 

Энцо Шифо

«Ребята, Шифо еще ребенок, проявите терпение, — просил Трап игроков, — не все же рождаются такими мудрыми, как Беппе Бергоми (защитник «Интера» по кличке Дядя). — Доверьтесь Энцо, и мы начнем побеждать».

Не помогло. «Интер» финишировал пятым, а Трапа — на фоне дерзкого «Милана» Сакки — забомбили упреками в архаичном футболе. Джованни не сдался и уже посреди сезона-87/88 призвал Пеллегрини мощно усилить состав. Список желанных игроков возглавил Лотар Маттеус. 

Его контракт с «Баварией» истек, что лишь усложняло задачу — урвать лидера немецкой сборной мечтали почти все богатые клубы. Но только Трапаттони додумался уговаривать не самого Лотара, а его жену Сильвию. Он очаровал ее перспективой жить в столице моды, как Остап Эллочку — позолоченным ситечком, и почувствовал, что Лотар тоже клюнул. 

Лотар Маттеус с первой женой Сильвией

Правда, через несколько недель Маттеус продлил контракт с «Баварией». «Черт возьми, а они умны», — сказал Трапаттони президенту «Интера». — «Что ты имеешь в виду?» — спросил Пеллегрини. — «Теперь нам придется отдать за Маттеуса гораздо больше, и боюсь, что он и «Бавария» поделят то, что мы переплатим. Неприятно, но так часто бывает».

В итоге и правда переплатили, но взяли еще и флангового защитника Андреаса Бреме. Тот поругался с тренером «Баварии» Хайнкесом и собирался в «Сампдорию», но по просьбе Лотара встретился с Пеллегрини и выбрал «Интер». 

Андреаса пылко отрекомендовал Трапу тренер сборной ФРГ Франц Беккенбауэр: «Даже не знаю, правша он или левша. Он хорошо навешивает обеими ногами. Его секрет в том, что правой он бьет точно, а левой — сильно». 

Андреас Бреме

Восхищенный высокоточными подачами Андреса, защитник Бергоми называл его «нашим потайным плеймейкером». Бреме, семнадцать лет спустя ставший помощником Трапа в «Штутгарте», закрыл левый фланг, а справа разместился Алессандро Бьянки из «Чезены». Играя без особого изыска, он классно сбалансировал собранный Трапом ансамбль. То атаковал с правого фланга, то страховал в защите Бергоми, то подчищал за Маттеусом.

«Лотар думал только об атаке и часто нарушал мои инструкции, — писал Джованни в автобиографии. — но, во-первых, он так же часто обеспечивал нам победы, а во-вторых — в обороне за Маттеуса отрабатывал Бьянки, необыкновенно пунктуальный игрок с высоким тактическим интеллектом». 

«Интер» перехватил Бьянки у «Наполи». Как и самого дорогого новичка лета-1988 — Николу Берти из «Фиорентины». И снова Трапаттони выступил цепким переговорщиком, оказавшись убедительнее директора «Наполи» Лучано Моджи. Джованни явился в Сальсомаджоре и заверил отца Николы: «Я именно тот тренер, что нужен вашему сыну». 

Альдо Серена, Никола Берти и Лотар Маттеус

Играя в юности за «Парму» во второй лиге, Берти два раза в неделю помогал папе продавать мясо на рынке, а после трех сильных сезонов во Флоренции продали уже его — за семь с лишним миллиардов лир. 

Николу тогда считали усовершенствованной версией Марко Тарделли, героя Кубка мира-1982, не ужившегося с Трапаттони ни в «Юве», ни в «Интере», но потом помогавшему ему в сборной Ирландии. Сам Трап видел в Берти больше сходств с центральным хавбеком Сальваторе Баньи из чемпионского «Наполи». А журналист Никола Бозио, биограф Берти, — с Алексеем Михайличенко. 

«Мы с Михайличенко одного роста, но физически он сильнее. Думаю, я побыстрее, но лучше уточнить это на поле — например, в финале чемпионата мира», — говорил Никола в книжке-интервью 1989 года (наша сборная была действующим вице-чемпионом Европе, так что в словах Берти насчет ЧМ-1990 не было особой иронии). 

Из-за последствий операции на почке Никола слабо начал сезон-88/89, что отразилось на результатах «Интера». После сентябрьского проигрыша «Фиорентине» в Кубке (3:4) Трапаттони почуял недовольство руководства с болельщиками и собрался в отставку, но передумал после визита ветеранов клуба. 

«Дзенга, Бергоми, Ферри, Мандорлини и Барези попросили меня остаться, — вспоминал Трап в автобиографии. — Они выразили восхищение моей работой и сказали, что я правильный тренер для «Интера». Тогда я даже прослезился. Меня легко разозлить, на так же легко растрогать». 

Плакать от злости хотелось летом 1988-го, когда на место Альтобелли привезли алжирского форварда «Порту» Рабаха Маджера, забившего пяткой «Баварии» в финале Кубка чемпионов-87. Его, как и Маттеуса, отбили у других претендентов, привезли на медосмотр в Милан и представили прессе, сфотографировав в майке «Интера». 

Рабах Маджер

В разгар презентации врач Манлио Чиполла, сам в юности игравший за «Интер», отвел Трапаттони в сторону: «Не хочу портить вам вечеринку, но у этого парня проблемы». На рентгеновском снимке Джованни увидел тонкое, как нить, подколенное сухожилие Маджера и понял, что трансфер надо отменять — журналистам-то его показали, но контракт еще не подписали. 

Рабах махнул в «Валенсию», где больше лечился, чем играл, а «Интер» взял опытного аргентинца Рамона Диаса из «Фиорентины». Тот казался Трапу более альтруистичным форвардом, чем Маджер, и в итоге прелестно дополнил своего почти что ровесника Альдо Серену, с уходом Альтобелли переведенного тренером в центр атаки. 

Альдо почти ежегодно менял клубы, в один только «Интер» приходил четырежды и никогда не забивал в серии А больше одиннадцати голов. А в сезоне-88/89 удвоил этот показатель и стал лучшим бомбардиром чемпионата, опередив Баджо, ван Бастена и Кареку. 

Альдо Серена

«Будь моя воля, я всегда играл бы за «Интер», но меня постоянно отдавали в аренду, — жаловался Серена журналисту Repubblica Франко Ванни. — Помню, я сыграл в дерби за «Милан», а через двадцать дней вернулся в «Интер». Потом играл за «Торино» в туринском дерби, а через три недели перешел к Трапаттони в «Юве». Я смирился с тем, что вечные странствия — моя судьба.

Трап — один из лучших тренеров в моей жизни. Он умело провоцировал, утешал, подстегивал. Мне даже казалось, что его консультирует профессиональный психолог».

Также Серена отметил, что подружился в «Интере» с Николой Берти — несмотря на семилетнюю разницу в возрасте: «Он был очень буйным, а я тихим. Ему нужен был человек, который тормозил бы его. Благодаря Николе я познакомился со своей будущей женой — у бара в миланском районе Гарибальди. Правда, вместо того, чтобы свести меня с ней, он сначала сам ей увлекся». 

Маттеус, Бреме, Берти, Бьянки и Диас

Совместные гулянки Серены с Берти тревожили Трапа. «Они были холостяками и в личном жизни никем не контролировались, — сообщил Джованни в автобиографии. — Они всегда веселились допоздна — в Милане для этого достаточно мест. В итоге я приставил к ним своего рода агента в штатском. Он следил за ними и ни разу не попался.

Передав информацию агента Пеллегрини, я попросил оштрафовать Николу с Альдо. Президент так и сделал, а заодно взял с ребят обещание вести себя профессионально. Но мы знали, чего стоят обещания молодых людей, так что продолжали непрерывно следить за ними. Мы не могли рисковать». 

Хватало проблем и с Маттеусом. Лотар воевал за влияние в команде с вратарем Дзенгой, который заслуженно считал «Интер» своим домом (говорил: «Я фанат, спустившийся с трибуны к воротам») и, по словам Трапа, завидовал популярности Маттеуса. Но ради успехов «Интера» тренер мирился и с темпераментом Дзенги, и с заскоками Маттеуса. 

Верхний ряд — слева направо: Дзенга, Ферри, Берти, Бергоми, Серена, Маттеус. Нижний ряд — слева направо: Диас, Бреме, Бьянки, Маттеоли, Мандорлини.

«Я терпел даже то, что после тренировок он мотался в Швейцарию, — к девушке, в которую влюбился, — говорил Трап своему биографу Бруно Лонги. — Эти поездки отвлекали и утомляли Лотара, но, чтобы сохранить его для команды, я шел на компромисс. Маттеус не выносил запреты и нуждался в постоянной похвале — тогда он выкладывался на сто процентов.

Однажды мы вели в счете, соперник давил, требовалась осторожность, но Лотар не слушал меня и оставался в атаке. В перерыве я наорал на него, а он начал заикаться и заплакал. Потом снял майку и заявил: «Я не больше не играю». Как ребенок! Он настолько горд, что публичная критика оскорбила его. Тогда я вывел команду из раздевалки и сказал ему тет-а-тет: «Блин, прости меня, ты лучший в мире. Без тебя мы ничего не выиграем». И он вернулся на поле». 

Маттеус и Дзенга

С Дзенгой тоже вышло интересно. В юности он подрабатывал в «Интере» курьером, а после трех аренд заявил директору клуба Сандро Маццоле: «Берите меня в основу или отпускайте с концами». Вальтер добился того, что многолетний первый номер «Интера» Ивано Бордон ушел в «Сампдорию», но за пять лет не выиграл ни единого титула и получал оскорбительно мало для одного из лучших вратарей мира. 

Пеллегрини отказался обсуждать с Дзенгой повышение зарплаты, и посреди второго сезона Трапа в «Интере» Вальтер согласовал пятилетний контракт с «Наполи». Даже получил аванс от президента неаполитанцев Коррадо Ферлайно. 

«А в декабре 1987-го мы проиграли «Милану», — вспоминал Дзенга в книге «Интер» Трапа» и какой-то болельщик оскорбил меня на улице, обвинив в том, что я уже всеми мыслями в «Наполи». Учитывая деликатность ситуации, Трапаттони засомневался, выпускать ли меня дальше на поле, а тренер сборной Адзельо Вичини предупредил, что без игровой практики я пропущу Евро-1988. 

Тогда я продлил контракт с повышением зарплаты и, приехав в Неаполь, вернул Ферлайно деньги». 

Между Дзенгой и Маттеусом размещались защитники Бергоми, Ферри и Мандорлини. С ними Трапаттони не знал хлопот. «Их не приходилось заставлять или уговаривать. Они все схватывали на лету, — вспоминал Трап в автобиографии. — В восемнадцать лет Бергоми стал чемпионом мира и в двадцать года, когда мы встретились, обладал характером пятидесятилетнего мужчины. Он расспрашивал меня о тактике, соперниках, международном футболе и был поразительно серьезен. 

Другие ребята любили посмеяться, а он никогда не шутил и всегда был строг — к себе и партнерам». Другой ценный защитник — Беппе Барези, старший брат легенды «Милана» — с приходом Бреме выпал из стартового состава, но благодаря своей универсальности все равно поучаствовал в большинстве матчей-88/89. То заменял отсутствующих лидеров, то выходил во втором тайме и помогал отстоять победу. 

Действовавший же ближе к Дзенге свободный защитник Мандорлини не ограничивался прямыми обязанностями. Перед выездными матчами Трапаттони селил Андреа то к Бреме, то к Маттеусу, зная его способность быстро интегрировать новичков. Кроме того, именно Мандорлини позвонил президенту Пеллегрини с просьбой оставить Трапаттони после сентябрьского поражения в Кубке. 

Бергоми, Мандорлини и Ферри

Подменял же Андреа Коррадо Верделли — бывший биржевой трейдер, найденный спортивным директором Бельтрами в любительской лиге. Спустя пятнадцать лет Коррадо даже на неделю возглавил «Интер» вместо уволенного Эктора Купера — и проиграл «Локомотиву» 0:3. 

В сезоне-88/89 «Интер» тоже пострадал за рубежом — проиграл дома «Баварии» 1:3 в 1/8 финала Кубка УЕФА после гостевой победы 2:0 и поразительного гола Берти.

Зато в чемпионате уделывали всех подряд, лидировали с ноября и — через четыре дня после триумфа «Милана» в Кубке чемпионов — обеспечили себе титул победой над «Наполи». Куда в 1988-м чуть не ушли Дзенга, Бьянки и Берти. 

«Мы набрали рекордные пятьдесят восемь очков из шестидесяти восьми возможных (за победу начислялось два), — хвастался Трапаттони в автобиографии. — Могли набрать и шестьдесят, но в предпоследнем туре странно проиграли 0:2 «Торино», боровшемуся за выживание. Не было немцев, но в остальном вышел основной состав. Возможно, ребятам не хватило мотивации после чемпионских вечеринок. А может, Риккардо Ферри попросил помочь «Торино», где играл его старший брат Джакомо». 

До этого «Интер» проиграл в чемпионате-88/89 только во Флоренции — с тем же счетом 3:4, что и в сентябрьском матче Кубка. Болельщики «Фиорентины» освистывали Берти, когда он получал мяч, и уже на тридцатой минуте Трап заменил его на Барези. «Сначала я разозлился, но потом признал правоту тренера, — сказал Берти в книге «Интер» Трапа». — Кстати, через год после чемпионства я выдал слабый отрезок, и тренер отправил меня на неделю в горы. Чтобы я отвлекся и подышал свежим воздухом. Я был очень рад и, признаться, совсем не скучал». 

Администратор «Интера» Камилло Чедрати раскрыл журналисту Маурицио Пиццоферрато еще несколько секретов золотого «Интера»-1989: «Иногда, не желая ранить кого-то исключением из стартового состава, Трап просил врача Паскуале Бергамо сказать, что у того игрока небольшая травма — даже если он был полностью здоров. Еще помню, что в чемпионский сезон мы возвращались из Лечче с победой 3:0, и игроки попросили приземлиться в аэропорту Мальпенса, чтобы провести новогоднюю ночь в Комо. Командир экипажа заявил, что это невозможно, но Трап одобрил идею игроков, и мы переубедили пилота с помощью скромного вознаграждения и футболок. 

В «Интере» я поработал с тринадцатью тренерами, и Трап был лучшим. Мы всегда сидели рядом, и он делился своими переживаниями — например, тем, что его сын равнодушен к футболу. Однажды Трап привез его на наш летний сбор и доверил мне. Вскоре парень отлучился выпить кофе. Больше я его не видел». 

Мечтая повторить еврокубковый успех «Милана», «Интер» докупил к Маттеусу с Бреме немецкой сборной Юргена Клинсманна. Но тот забивал меньше, чем в «Штутгарте», а его появление нарушило атакующий баланс — Диасом пожертвовали из-за лимита на легионеров, а Серену вернули на место оттянутого форварда, и его результативность уменьшилась вдвое. В результате — в первом же раунде Кубка чемпионов проиграли «Мальме», руководимому Роем Ходжсоном, будущим тренером «Интера». 

Вскоре Маттеус без разрешения клуба прооперировал лодыжку в Германии и не играл в серии А больше месяца — и все для того, чтобы в идеальном состоянии подойти к чемпионату мира. «Тогда мне хотелось задушить его, — признался Трап своему биографу Бруно Лонги. — У нас всегда было так: мы кричали друг другу жуткие вещи, но сохраняли равновесие в отношениях». 

«Интер» в 1990-м финишировал третьим, а Маттеус поднял Кубок мира и Золотой мяч. Но для нашей истории важнее то, что шесть голов Лотара помогли «Интеру» завоевать первый евротитул за четверть века — Кубок УЕФА-90/91. 

В 1/16 финала уступили в Бирмингеме «Астон Вилле» 0:2. Трапа жестко критиковали, а он снова не чувствовал поддержки руководства. Но его поддержал Маттеус, перед ответной игрой толкнувший речь в раздевалке: «У «Астон Виллы» преимущество в два мяча. Они физически сильны. Но мы гораздо мощнее. Выйдем и надерем им задницы». Тот матч обернулся победой «Интера» 3:0 — его, как и первый финал с «Ромой», обслуживал судья из Рузаевки Алексей Спирин. Он и назначил пенальти за снос Берти защитником Антонио Коми, после чего Маттеус открыл счет. 

Еще за полгода до победы над «Ромой» Джованни предупредил Пеллегрини, что покинет «Интер». Тот не хотел отпускать Трапа за год до конца контракта, тем более в «Юве», но после встречи с Джанни Аньелли по прозвищу Адвокат одобрил уход тренера — в обмен на годичную аренду полузащитника Дино Баджо. 

В «Интере» же Адвокатом называли вице-президента Пеппино Приско, прославившегося гротескной ненавистью к главным соперникам: «Если я подам руку игроку «Милану», я потом тщательно вымою ее. Если подам руку игроку «Юве» — проверю, сколько пальцев у меня осталось», — говорил Приско. 

Пеппино Приско

Хотя Трап почти полжизни посвятил «Милану» и еще десять лет «Юве», Приско любил его, отдельно отмечая универсализм — умение не только тренировать, но и заниматься клубными делами, и общаться с прессой. После ухода Джованни Приско напророчил: «Мы еще долго будем об этом жалеть». 

«Провожая меня в «Интер» в 1986-м, Аньелли сказал: «Теперь перед тобой самый большой вызов — выиграть что-то с другим клубом», — говорил Джованни в книге «Интер» Трапа». — В «Юве» ты всегда под защитой клуба и семьи, что упрощает работу. Быть тренером «Юве» — это как плыть с ластами. В «Интере» у меня изначально не было этих ласт, но я все равно доплыл до чемпионства. Да, я много выиграл с «Юве», но именно в «Интере» почувствовал себя настоящим тренером». 

Денис Романцов
Денис Романцов

Журналист
2006 — 2017 — Sports.ru
2007 — 2013 — PROспорт
C 2018-го — Матч ТВ

1 комментарий

Добавить комментарий

%d такие блоггеры, как: